Тренер одного спортсмена

Бывают писатели одного произведения и актеры одной роли. Виктор Игнатьев воспитал всего одного боксера. Зато какого!

Чуть больше недели прошло с тех пор, как гомельчанин Юрий Форман, в титульном бою победив пуэрториканца Даниэля Сантоса, стал чемпионом мира в первом среднем весе по версии WBA. Сегодня этого 29-летнего парня считают своим и в Израиле, чьим гражданином он официально считается, и в США, где он живет. Сам же Юра выступает только под белорусским флагом и хорошо помнит, откуда он родом.

— Горжусь, что когда-то мне удалось воспитать в нем патриота, — говорит Виктор Игнатьев. — Он даже сказал, что теперь готов приехать в Беларусь и провести здесь выставочный бой с целью популяризации этого вида спорта у нас.
— А как получилось, что Форман занялся боксом?
— В секцию его привела моя знакомая Ирина, мама Юрия. Ее сына несколько раз в школе били ребята. В детстве он не отличался крепким телосложением, длинные волосы носил — на вид как девчонка. Поэтому старшие издевались. Ирине это надоело. Она привела 7-летнего Юру ко мне и попросила: “Сделай из него мужчину, а то он приходит домой из школы и все время плачет”. Я согласился.
— И, наверное, первым делом заставили его постричься?
— Ни в коем случае. Я противник жестких мер. Детям нельзя навязывать свое мнение и принципы. Наоборот, лучше разрешать им делать так, как они считают нужным.  Это не означает вседозволенности. Просто если ребенок не прав, ему можно показать это тактично. Потому что чемпионы вырастают только из личностей, у которых есть характер и воля.
— Как думаете, насколько велика ваша заслуга в том, что Форман добился таких высот?
— С одной стороны, профессионалом его сделали Томми Брукс (легендарный тренер, воспитавший Майка Тайсона и Эвандера Холифилда — авт.) и Джо Грир. С другой — именно я дал ему отличную общефизическую подготовку, заложил фундамент для будущих побед. Когда в 1987 году я набрал группу семилеток, другим тренерам это не понравилось — в боксе было принято начинать с 12. Но я настоял. Мне было важно, чтобы дети выросли здоровыми. Поэтому сначала мы нарезали круги в центральном парке, играли в футбол, вырабатывали выносливость, закалялись, а уже потом отрабатывали технику ударов. Да и то в основном с помощью имитации.
— Дрались понарошку, что ли?
— Да, боксировали перед зеркалом. Соперником для ребят становилось их собственное отражение. В спорте ведь, как и в жизни, важно уметь победить самого себя в прямом и переносном смысле.
— А на настоящие бои так ни разу Юру не выставили?
— Он редко участвовал в городских и областных соревнованиях, потому что был еще слишком маленький. А в таком возрасте травмировать детей в боксе нельзя. Я и в спарринги их ставил только два-три раза в неделю. Показать, что это тяжелый вид спорта, но при этом не отбить охоту им заниматься.
— Юра как-то отличался от других ребят?
— Он всегда был очень дисциплинированным. За четыре года ни разу не пропустил ни одной тренировки без уважительной причины. Всегда четко выполнял мои установки. Я учил, что бокс — это не руками махать. Здесь голова нужна, сила духа и благородство. Поэтому одним из главных условий было — не драться на улице. Кто его нарушал, на следующую тренировку мог уже не приходить. Юра ни разу не попался за драку, хотя ему по силам было кого угодно поколотить. Тогда я и понял, что этот парнишка всерьез хочет сделать бокс делом жизни.
— И будущего чемпиона в нем разглядели?
— Разглядел (улыбается). Однажды я выставил его на бой против спортсмена из соседней школы. Юра хорошо боксировал, но его засудили и победу отдали противнику. Форман это понял. И когда я зашел к нему в раздевалку, он сидел на скамеечке и тихонько плакал. Тогда я поднял его на руках, потряс немного и сказал: “Ты у меня будешь чемпионом мира. Я тебе обещаю”. Я всегда в него верил, даже когда у нас были не самые лучшие периоды в жизни.
— Вы про эмигрантскую жизнь Формана в Израиле и США?
— И это тоже. В Хайфе Юра тренировался в подвале. Там залов для занятия боксом практически нет, куда больше внимания уделяется игровым видам — баскетболу и футболу. В Штатах условия намного лучше, но там остро стал денежный вопрос. В США все платное, тем более профессиональный спорт. А с финансами в семье Форманов всегда было туго — мать Юры рано умерла, работал один отец. Чтобы выжить в Америке, боксер устроился курьером — то ли газеты разносил, то ли пиццу. Этим кое-как и перебивался. Поэтому, когда Юра завоевал пояс WBA, газетчики, зная о невероятно трудном пути, который он прошел, окрестили его “чемпионом из трущоб”. И ему еще повезло, что именитый Томми Брукс ни цента не брал с него за тренировки.

Когда я тренировал Юру, он был еще Кузьминым. Только при переезде в Израиль он взял отцовскую фамилию Фурман, которую сам же переделал в Форман — в честь британского боксера олимпийского чемпиона Джорджа Формена.

— Зато с другим наставником — Михаилом Козловским — у него явно не сложилось. В той же американской прессе прочитала, что после скандального разрыва одиозный тренер прислал Форману пулю…
— Подробностей не знаю. Но говорят, что таким образом Козловский намекал ему на скорую расправу. Отец Юры — Андрей — гостил у меня этим

Таким семилетний  Юра пришел в секцию к Виктору Игнатьеву

летом несколько дней и обмолвился, что такой скандал действительно был. Но я и сам, когда ездил к Форману в Израиль, заметил, что Козловского интересуют только деньги — как побыстрее нажиться на спортсмене. Юра в то время очень много занимался самостоятельно. Вставал в четыре утра и бегал — вот она, та самая общефизическая подготовка, важность которой я когда-то ему объяснил.
— За счет нее Форману как раз и удалось победить чемпиона Даниэля Сантоса?
— Да. Специалисты отметили “удивительно быструю работу его ног”. Сантос перед официальным взвешиванием сбросил 8,5 килограмма, чтобы соответствовать первой средней категории, а сразу после процедуры снова их набрал. Это хитрый тактический маневр, но в итоге он вышел ему боком. Из-за утяжеления у Сантоса не только стали мощнее и опаснее удары, но и упали скорость передвижения и выносливость. Именно на этом Юра сыграл, загоняв пуэрториканца по рингу.
— 12 раундов выдержать нелегко. Один боксер сказал, что тяжелее, наверное, только после Лондонского марафона и полета в космос…
— Поэтому я и гонял их еще малышами на кроссы, футбол и в бассейн. Кстати, Юра одно время всерьез увлекся плаванием. Я сказал ему, что выбрать придется что-то одно, но не давил. И Юра выбрал бокс, а бассейн я ему обеспечил три раза в неделю.
— Как думаете, останься он в плавании, дошел бы до таких вершин?
— Не могу сказать, что нет. В спорте главное — характер, собранность и целеустремленность. Это и есть чемпионский набор. А еще я безгранично уважаю Юру за то, что он всего в жизни добился в одиночку. Я сам вырос практически без родителей, меня растила бабушка. Поэтому знаю, о чем говорю. У Юры в Гомеле был очень непростой период, как и в Израиле, и в США. Но он не сломался ни телом, ни духом. И в этом мы похожи. Ведь все эти годы я тоже вел свою борьбу — за жизнь. И победил тяжелую болезнь. То есть я вдвойне рад, что мы оба выиграли. Теперь хочу, чтобы Юра собрал все четыре пояса (по версиям WBA, WBO, WBC, IBF) и стал абсолютным чемпионом мира.
— И снова в одиночку?
— Сегодня у него есть жена Лейла. Она фотомодель, которая оставила индустрию красоты ради спорта, став профессиональной боксаной. Поэтому я сказал Юре: “Ты один в Нью-Йорке. Но у тебя есть Лейла, держись за нее. Она тебе в жизни поможет”.
— Не могу не спросить: как вы относитесь к тому, что женский бокс включен в программу Олимпийских игр. Это поможет его развитию в Гомеле?
— Женский бокс у нас уже развивается чуть ли не активнее, чем мужской. Девочек начали набирать с 9 лет. По моему методу (улыбается). Хотя раньше, как вы помните, тренеры считали это неперспективным.

Помимо приклеившегося к нему прозвища “чемпион из трущоб”, Формана в прессе называют “боксирующим раввином” из-за его серьезного интереса к иудаизму.

— А если девушке на ринге расквасят лицо — это нормально?
— Нет. Но женщины уже занимаются тяжелой атлетикой и борьбой. Чем бокс хуже? Есть прекрасные примеры — дочь Мохаммеда Али — чемпионка мира. Почему бы и нашим девчонкам не показать себя в этом виде? Не всё же одним американкам блистать.
— Высшее искусство боксера — победить так, чтобы на нем ни одной царапины не осталось?
— Главное — выиграть профессионально и технично. А как это сделать, решает тренер. Один наставник задается целью побить соперника, другой — изнурить его и вымотать, третий — тактически победить. У каждого свой подход.
Беседу вела
Наталья СТАРЧЕНКО