Гараж преткновения

Улица Чкалова, пусть и находится в областном центре, летом и ранней осенью вызывает воспоминания о южном курорте. Вероятно, разномастностью утопающих в зелени домовладений, красноречиво свидетельствующих об уровне благосостояния хозяев: вот покосившаяся лавочка за воротами, а вот чуть ли не дворец белокаменный, крытый дорогой металлочерепицей. Хотя, думается, добрососедским отношениям это вряд ли мешает. Здесь наверняка по-свойски одалживают друг у друга соль и спички, перехватывают небольшие суммы до получки, а потом вместе жарят шашлыки где-нибудь между грядками в огороде... И только очень жирная черная кошка может сделать ближайших соседей злейшими врагами.

Граница раздора
В случае Елены Гулицкой мистическое животное пробежало по границе двух смежных участков. На одном, по улице Чкалова, 19, вот уже почти три десятилетия стоит ее собственный дом, а на другом (ул. Чкалова, 21) несколько лет назад затеял строительство сосед, рассказала Елена Валерьяновна. В редакцию “ГП” она позвонила, чтобы эта история, по ее словам, послужила уроком для других и оградила особо доверчивых граждан от возможных неприятностей.
В изложении Гулицкой цепь событий выглядит следующим образом. В 2004 году Игорь Фролович купил старый дом. Тогда же ее муж, как и другие “смежники”, дал нотариально заверенное согласие на строительство. Проекта новой застройки Владимир Гулицкий не видел, но никакого подвоха не ожидал, поскольку от их собственного дома до границы соседнего участка — всего 45 сантиметров. И мысли не возникло, что кто-то позволит выстроить там двухэтажный особняк. К тому же, с Игорем Фроловичем изначально складывались дружеские отношения. Портиться они стали после того, как на границе участка сосед возвел кирпичный забор высотой 2,5 метра, полностью заслонивший окна в спальне и столовой. А на расстоянии 70 сантиметров от их дома, говорит Елена Гулицкая, появилась стена гаража высотой под пять метров и протяженностью — более трех. Зимой, когда топился газовый котел, сырости не чувствовалось. А вот весной в ванной комнате, окно которой как раз смотрит на эту стену, выросла плесень.
Жалобы в различные инстанции Елена Гулицкая пишет с октября прошлого года: как раз тогда строительство гаража активизировалось. Некоторое действие они возымели практически сразу. Уже в начале декабря администрация Советского района предписала хозяевам домовладения по улице Чкалова, 21 демонтировать забор до высоты полутора метров и приостановить строительство гаража, а чуть позже было принято решение и о его сносе. Это подтвердило письмо из Гомельского горисполкома, в котором также говорилось, что гараж подлежит сносу. При этом администрации Советского района предлагалось привлечь к ответственности специалистов “виновных в разработке архитектурного проекта… с нарушением действующих нормативных требований”. Но только в мае, рассказывает Елена Гулицкая, забор стал почти на метр ниже. И то потому, наверное, что жаловаться она не прекращала. Гараж же стоит по сей день.

Цена вопроса
Наивно полагать, что люди, вложившие в строительство немалые деньги, просто так сдадут свои позиции. У каждой медали есть две стороны. В данном случае главным оппонентом Елены Гулицкой стал отец соседа — Роберт Федорович Фролович. Уважаемый человек, инвалид Отечественной войны II группы. Жалобы Гулицкой он опротестовывал во многих инстанциях.
В мае этого года Роберт Фролович обратился в суд Советского района. В своем исковом заявлении он просит в качестве возмещения за причиненный ему моральный вред взыскать с Елены Валерьяновны 5 миллионов рублей, а с ее мужа — 2 миллиона.
Возникает вопрос: а при чем здесь почтенный пенсионер? Объяснение все в том же исковом заявлении. Как пишет Фролович-старший, сын работает в России, поэтому все дела, связанные со строительством дома, передал ему. Дом и земельный участок он, от имени сына, по договору дарения переоформил на дочь Людмилу, живущую в относительной близости, и в настоящее время действует на основании полученных от нее доверенностей. То есть, по сути, выполняя поручение сына, продолжает заниматься всеми формальностями, без которых ни одно строительство не обходится.
Многочисленные обращения Елены Гулицкой, где она добивается сноса пристроенного к дому гаража, он называет “лживыми” и “клеветническими”. С Робертом Федоровичем мне удалось поговорить во время одного из первых судебных заседаний, состоявшихся по поводу его гражданского иска. По словам пенсионера, супругам Гулицким было известно, что и где на соседнем участке будет строиться. Поэтому все нынешние претензии следует расценивать, как попытку получить определенную материальную выгоду из искусственно создаваемой конфликт-
ной ситуации. В то, что из-за нарушения вентиляции, вызванного недопустимой близостью стены гаража, в ванной комнате Гулицкой появилась плесень, Роберт Федорович также не верит, полагая, что хозяйка, быть может, не слишком аккуратно обращается с водой.
Интересно было бы узнать, что думает по этому поводу Фролович-младший. Ведь строительством, со слов Елены Гулицкой, фактически занимается именно он. Я попросила Фроловича-старшего передать сыну номер моего мобильного. Прошло несколько месяцев, но никто так и не позвонил.

Затянувшаяся тяжба
Так получилось, что и муж Елены Гулицкой, подобно соседу, работает в России, поэтому авторство всех жалоб и обращений, направленных в адрес властных структур различных уровней, принадлежит ей. Перипетии затянувшейся тяжбы отслеживаются “ГП” с марта этого года. Главным барьером на пути скорейшего разрешения (в ту или иную сторону) спорного вопроса стало то самое нотариально заверенное согласие на строительство, которое Владимир Гулицкий подписал пять лет назад. В 2000 году решением Гомельского горисполкома было утверждено положение (в настоящее время оно отменено из-за изменений в земельном законодательстве), допускающее сокращение нормативных расстояний при индивидуальном строительстве в том случае, если есть письменное согласие соседей. Поэтому постоянно звучал один и тот же вопрос — если есть согласие, в чем может быть причина недовольства?
Однако Елена Гулицкая уверяет, что одна из двух подписей ее мужа сфальсифицирована. И как раз та, что находится под строчкой, где идет речь о строительстве на границе участка. Подтверждает это сам Владимир Гулицкий. Он не отрицает, что давал согласие на строительство дома. Но под строчкой, где оно привязывается к границе участка, стоит подпись-подделка.
В данном случае разложить все по полкам могла бы почерковедческая экспертиза. И Елена Гулицкая обратилась с заявлением в ОВД администрации Советского района. Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, копию которого она получила спустя некоторое время, следует, что спорная подпись “выполнена, вероятнее всего, Гулицким В. М.”, а “решить вопрос в категоричной форме… не представляется возможным”, в частности, из-за относительной простоты подписи. Но даже если бы факт ее подделки был подтвержден, о возбуждении уголовного дела говорить не приходится: в связи с истечением срока давности. Для преступлений, не представляющих большой общественной опасности, он составляет два года.
Елена Гулицкая прокомментировала это следующим образом: она ни в коем случае не преследовала цели привлечь кого-либо к уголовной ответственности. Доказать факт подделки подписи — единственная возможность отстоять собственную правоту. Ведь соседи строятся на законных основаниях: все необходимые документы у них на руках. Включая разрешение на строительство, выданное администрацией Советского района. И ей, фактически, даже в суд идти не с чем. Несмотря на решение о сносе гаража, принятое той же администрацией. Оно не выполняется, потому что всюду ссылаются на подписанное мужем согласие. Правда, Елене Гулицкой удалось доказать, что муж соглашался на строительство дома, но никак не гаража — пусть даже “встроенно-пристроенного”. Но тогда зашел разговор о переоборудовании его в физкультурно-тренировочную комнату. Чтобы дом стал единым и не делимым на помещение для автомобиля — как вначале и предусматривали проектировщики.

Диспозиция позиций
Самое интересное, что всей этой истории могло и не быть: Владимиру Гулицкому, прежде чем ставить подпись под согласием, стоило лишь попросить соседа показать проект застройки. Но Елена Гулицкая утверждает: их убедили, что без предварительно собранных подписей за разработку проекта никто не возьмется. Я уточнила в управлении архитектуры и градостроительства горисполкома — утвердить проект без письменного согласия соседей действительно не получилось бы. Но вот сделать его — пожалуйста!
Поздно, как говорится, пить боржоми и разбираться: был ли кто-то намеренно введен в заблуждение или же, напротив, кого-то просто не так поняли — все уже произошло. И здесь открывается еще один интересный момент. Получается, что в разрешении возникшего спора согласие на строительство вовсе не доминирует над прочими аргументами.
За время долгоиграющей тяжбы, в твердом намерении найти правду, Елена Гулицкая написала помощнику Президента Республики Беларусь — главному инспектору по Гомельской области. А также дозвонилась до председателя Комитета государственного контроля: в Минск, на “горячую линию”. И вот, вроде бы, зазвучали финальные аккорды. Во всяком случае есть повторное решение администрации Советского района, из которого следует, что до 20 октября гараж уже должны были бы снести. Обязанность выделить для этого технику возложена на соответствующие службы, а вот оплата расходов легла на Людмилу Фролович, ведь формально именно она хозяйка строящегося домовладения.
Этому решению предшествовало письмо из комитета по архитектуре и градостроительству облисполкома, адресованное всем заинтересованным сторонам. В нем говорится, что в положении, допускающем уменьшение нормативных расстояний, шла речь об уплотнении застроек, а не о новом строительстве. Размер земельного участка по адресу: ул. Чкалова, 21, позволял по-
строить дом с соблюдением всех градостроительных норм (3 метра до границы участка — прим. авт.). Поэтому позиция администрации Советского района в том, что нормативное расстояние уменьшено с согласия Владимира Гулицкого, названа не обоснованной. А вот решение о сносе гаража — правомерным.
Но даже если напрочь забыть об этом нотариально заверенном согласии, некоторое недоумение все равно остается. По данным отдела архитектуры и градостроительства администрации Советского района, гараж построен с отступлением от утвержденного проекта. Странно. Любой здравомыслящий человек понимает, к каким последствиям это может привести. Или же кто-то был уверен, что никаких последствий не будет? Зачем нужно было рассматривать возможность переоборудования гаража в физкультурно-тренировочную комнату, когда все же выяснилось, что согласия на его строительство никто не давал? Разве это привело бы в соответствие с теми строительными и противопожарными требованиями, нарушение которых зафиксировали различные комиссии? Ведь расстояние до дома Гулицких осталось прежним. Я попыталась найти ответы на эти вопросы в кабинете Михаила Шишкова, первого заместителя главы администрации Советского района, но успеха не добилась. Конечно, здесь пытались “разрулить” ситуацию малой кровью и привести противоборствующие стороны к мировому соглашению. Однако все остались при своих интересах.
В ходе судебного разбирательства по иску Роберта Фроловича ответчица и ее адвокат обратились с жалобой в областную прокуратуру. Они, в частности, настаивают на проведении повторной почерковедческой экспертизы — первая, по их мнению, была проведена не в полном объеме. Необходимые документы переданы в прокуратуру области в конце августа. Через определенное время Елена Гулицкая, чтобы ускорить ход дела, обратилась в Генпрокуратуру, поскольку судебное разбирательство отложено до получения ответа на жалобу.

Финита ля трагедия?
Собственно, в данной ситуации вердикт суда, каким бы он ни был, на историю с гаражом, скорее всего, уже никак не повлияет. Как и ответ из прокуратуры: решение принято и, надо полагать, оно окончательное. Вот только предугадать, как дальше будут развиваться события, крайне сложно.
В мае техника дважды подъезжала к домовладению Фроловичей. Однако оба раза Роберт Федорович вставал на пути машин и рабочих. Та же ситуация возникла, когда администрации Советского района пришлось принять повторное решение о сносе гаража. В третий раз техника подъехала по уже известному адресу 29 октября. И, как следует из официального письма, на этот раз Роберта Федоровича поддерживала “группа родственников”. Чтобы не гонять технику попусту и урегулировать ситуацию в рамках правового поля, администрация Советского района обратилась в прокуратуру. До 15 декабря все должно разрешиться — об этом можно судить по письму из горисполкома на имя Гулицкой. Разрешится ли? Ведь пока очевидно одно: черная кошка, бегающая по границе двух смежных участков, похоже, никуда не собирается уходить…
Лара НАВМЕНОВА
Фото автора и Олега БЕЛОУСОВА