Медик-криминалист об особенностях профессии, хиромантии и чистых пятках

Заметив мое смятение, Михаил Черняков понимающе кивнул: “Это нормально. У большинства людей при слове “морг” полиграф зафиксирует реакцию”. К счастью, в отделе оказалось не так жутко: скромный кабинет с микроскопом, хранилище вещдоков, архив, лаборатория. То самое место для вскрытия… в другом здании. Мою робость быстро сменило любопытство, тем более рядом интересный собеседник. Спрашиваю, с чем связан выбор профессии. Потомственное?

Ан нет, Михаил — первый медик в роду. “И так попал”, — добавляет он с улыбкой. Золотой медалист выбрал вуз скорее методом исключения, при поступлении не надо сдавать математику. Пообщался со знакомыми врачами, посмотрел и решил: “Вроде как мое”. К тому же было интересно узнать новое о человеке, кому-то помочь. Окончательное определение произошло в университете: “Специальностей-то много —  хирургия, терапия, педиатрия, онкология и, прости господи, гинекология. Думал пойти в травматологию, поскольку сам был постоянным клиентом травмпункта. Да и профессия нужная, очень приятно, когда кого-то починил, помог. Первое знакомство с внутренним строением тела произошло на первом курсе в анатомичке. Но те трупы больше похожи на манекены: серые, бескровные, пропитанные формалином. Настоящее вскрытие было на треть­ем курсе в больнице, как сейчас помню. Стоял недалеко от трупа, смотрел, отвращения не было. Но промелькнула мысль: “Чтоб я туда своими руками — да никогда в жизни”. 

Потом на пятом курсе узнал, что есть такой предмет — судебная медицина. Первое впечатление от учебника — детективная книжка. Читается легко, а запоминается еще лучше. Все плохое всегда хорошо запоминается, уточняет собеседник. Так, потихонечку стал наведываться в морг отдела общих экспертиз. Первое вскрытие студент-пятикурсник провел из интереса: сравнить институтские занятия с тем, что реально видят хирурги. “А когда и сам причину смерти нашел, вообще красота была полная!” — эмоционально добавляет Михаил Черняков. Это был инфаркт с разрывом левого желудочка. Успехи еще больше подогрели интерес юноши к судебной медицине.

После медвуза прошел стажировку в Минске в институте переподготовки и повышения квалификации. “Родители за 10 лет привыкли к моей профессии, и с друзьями проблем нет, — отмечает медик-криминалист. — Если раньше в компании узнавали, что работаю в морге, кривились: “Ой, фу. Да как ты там работаешь?”, то сейчас просят показать, рассказать и даже сводить. 

Будни судмедэксперта однообразными не назовешь. Вскрытия, выезды на место происшествия, выступления в судах, следственные эксперименты, осмотр потерпевших в больнице, амбулаторный прием. И так пять дней в неделю с 8.00 до 15.00. Плюс дежурство по графику с 6 вечера до 8 утра. 

— Но, конечно, основная моя работа — медицинская криминалистика, — говорит собеседник. — Любая мелочь, синяк могут повлиять на ход уголовного дела. Сейчас трупами занимаюсь довольно редко, это делает обычный эксперт. Работаю с самыми “завернутыми” случаями, скелетированными останками, громкими делами. Например, дело Натальи Емельянчиковой. 102 ножевых ранения на теле девушки считал я. В деле об убийстве репетитора Марины Александровой выезжал на следственный эксперимент с одним из фигурантов. Сейчас в производстве ДТП на остановке “Огоренко”.

— Как эксперт не имею права этого высказывать ни в суде, ни публично. Экспертиза всегда есть и будет независимой, а наказание определяет суд.

— Мой первый выезд на место происшествия, ДТП на Малайчука. Трое погибших и четверо раненых. Всем ребятам по 18 лет. Ночь, темно... Приехали родственники на место аварии. Плакали, кричали. Было очень тяжело на это смотреть. 

— В любой профессии нужно переступить барьер, где-то проще, где-то сложнее. На занятиях нас учили: “Над каждым не по­плачешь. Если всё горе брать на себя, сойдешь с ума через неделю”. Конечно, понимаешь, что это человек, произошла трагедия. Сочувствие никуда не делось, но прежде всего ты должен делать правильно свою работу. 

— Отличий много. Патологоанатомы работают в больницах, подтверждают причину смерти пациента, проводят биопсии. Наши — все случаи насильственной смерти, с подозрением на нее. Все люди, умершие от травмы или со следами травмы, иностранцы, неизвестные с улицы. Работаем и с больничными трупами, если причина смерти неясна или есть подозрение на ошибку врачей. 

После вскрытия задача судмедэксперта отобрать образцы и направить в разные лаборатории. Также берем ногти, волосы жертвы (вдруг на преступнике найдут чужие волосы), поврежденные участки кожи или кости (фото на 1-й стр.). Делаем смывы с частей тела, чтобы установить, нет ли в преступлении сексуальной связи. Особо сложные случаи отправляем в Минск. После вся информация стекается ко мне. 

— Конечно. Еще на лекции в вузе рассказывали случай, ставший байкой. Пьяный сельчанин требовал у престарелого отца деньги. А тот возьми и ударь его бревном по спине. Сын упал и вроде как умер. Дедушка с перепугу оттащил тело на сельское кладбище, бросил в ямку, присыпал веточками. Утром пошел сдаваться в милицию. Вскрытие показало, причина смерти — переезд колесами автомобиля. Как так? Оказалось, сынок ночью чуть протрезвел, вылез из ямы и пополз в сторону дома. На дороге его переехал пьяный сосед на “Жигулях”. Дабы не сесть в тюрьму, тоже решил избавиться от тела. Сценарий повторился: кладбище, ямка, веточки. 

Из моей практики помню, как на Речицком шоссе машина врезалась в столб, водитель погиб. Оказалось, не от удара, а сердечного приступа еще на дороге. Бывает, человек умер во сне, вроде как своей смертью, а у него отбита печень. 

— На работе — как к естественному процессу. Все там будем... Ну а по жизни ведешь себя более осторожно. Проверишь лишний раз, выключил ли электроприборы. Не превысишь скорость, где не надо. Убереги господь выпившим сесть за руль. 

Работая здесь, все знаем, что будет с нами после смерти. Как вскроют, разложат, сфотографируют. Шутим с коллегами, что всегда нужно ходить в чистом белье и с чистыми ногами. Не дай бог что, привезут в морг, а у тебя пятки грязные. Стыдно.

— Положительное. Наша планета превращается в большое кладбище. Возьмите любой крупный город. Кладбища занимают огромные площади. Где гарантия, что опасные вещества не попадут в грунтовые воды? Наши предки, сжигая умерших на кострах, были правы, оберегая живых от опасных инфекций.

— Неправда. Мало того, вместе с нашим медрегистратором Инессой Елисеевной провели почти научное исследование. У огромного количества трупов пересмотрели линии жизни. Для надежности смотрели и на левой, и на правой руке. Сопоставляли длину линии и продолжительность жизни. Оказалось, что никакой зависимости нет. Например, у 90-летней бабульки была довольно короткая линия жизни, а у молодой девушки, которую сбила машина, очень длинная. 

— Хорошо быть патологоанатомом — работу на дом брать не надо, - плавно возвращаюсь к теме... 

—  Действительно не беру, гараж маленький, — поддерживает шутку Михаил. Улыбается и серьезно добавляет: — Есть еще большой плюс. Если надо оказать какую-то помощь на происшествии, не упадешь в обморок от вида крови, а будешь действовать хладнокровно и спасешь жизнь. При мне машина сбила троих. Зажимал рану, перебинтовывал. Водителям чаще всего грозят аварии, где умирают в основном от травм. А в автоаптечках всего два бинта: большой и маленький. Согласитесь, при открытых переломах этими бинтиками, валерианкой и зеленкой не обойдешься. Поэтому вожу с собой не только лекарства “по списку”, но и действительно необходимые: целый ящичек с бинтами, жгутом, ножницами. 

Если есть место в машине, лучше иметь огнетушитель побольше. Понятно, что в 99,9% случаев он не пригодится, но если вдруг чего, то… сами понимаете. Видел однажды, как водитель грузовика тушил горящий двигатель обычным огнетушителем и человека четыре пытались помочь такими же. Безрезультатно. 

Еще запомнил, аварию на Черниговской трассе, где водитель сгорел в машине заживо. Вскрытие делал я, устанавливал диагноз тоже. 

— Это тоже не правильно. Если заклинит ремень, нож вози в бардачке, чтобы перерезать ремень. После этого случая купил огнетушитель побольше, положил монтировку, не для самозащиты, а чтобы открыть заклинившую дверь в машине или выбить стекло.

— Просто понимаешь, что можно вытащить кого-нибудь из горящего салона. Лучше пусть монтировка не понадобится, чем понадобится, когда ее нет.

...В беседе с медиком-криминалистом отметила его открытость и жизнерадостность. Больше запомнились слова на прощание: “Берегите себя. Когда все это видишь, понимаешь, что нужно быть осторожнее в жизни, внимательнее к себе и окружающим. Помните, что людей, которые находятся рядом, в любой момент может не стать. Поэтому цените то, что имеете”.

 В рабочей лаборатории

По характеру травмы на кости можно установить детали ДТП.