Охотники за компроматом

Уголовное дело, главными фигурантами которого стали сотрудники гомельской милиции, едва не переросло в “холодную войну” двух ведомств — МВД и КГБ.

Как рождаются “сенсации”
Об “охотничьем деле”, нелестно прославившем ряд милиционеров Гомельщины на всю республику, не слышал разве что ленивый. Впервые о нем рассказал Президент Беларуси Александр Лукашенко в апреле текущего года на совещании, где обсуждалась работа правоохранительных органов: “В поле зрения КГБ недавно попал начальник отдела по борьбе с коррупцией и экономическими преступлениями Жлобинского РОВД, который организовал условия для занятия охотой, рыбалкой и еще кое-чем. Установлено, что в 2003 году он приобрел и оформил на подставное лицо усадьбу площадью более двух гектаров на территории Жлобинского района, захватив при этом еще более одного гектара лесных угодий, самовольно возвел 14 построек, обзавелся сворой из 29 породистых собак и тремя дикими кабанами. Все это хозяйство обслуживали местные жители. На собственной базе регулярно осуществлялись охота, рыбалка с участием руководителей, в том числе высокопоставленных должностных лиц органов внутренних дел”.
Первое время после этого сообщения управление КГБ Республики Беларусь по Гомельской области, которое возбуждало уголовное дело и вело следствие, хранило стойкое молчание, ограничиваясь в разговоре с представителями СМИ, пытавшимися узнать подробности, сухим “расследование продолжается”. Тем самым выдерживался принцип: пока идет следствие — никаких деталей, имен, должностей.
В то же время сами фигуранты “охотничьего дела” и их родственники молчать не хотели. С подачи некоторых из них в Интернете появились “разоблачения”, которые венчали громкие заголовки “Родственники арестованных милиционеров жалуются на диктатуру”, “Меня бы не оставили в живых”. Под видом сенсационной информации распространялись “доказательства” фабрикации “охотничьего дела”, которые заканчивались выводом: “В Беларуси нельзя рассчитывать на объективное правосудие”. И это в то время, когда дело еще не было принято судом к рассмотрению!
Основанием для первого “разоблачения”, размещенного на сайте “Хартыя-97”, стало обращение матери бывшего начальника УБКиЭП в стратегических направлениях УВД Д. Баранова — Г. Барановой,
а также других родственников арестованных милиционеров. Еще одна “сенсационная” статья появилась на сайте “Белорусского партизана”. В ней приведены выдержки из обращения Г. Барановой к спикеру Европарламента, а также отрывки из писем ее сына. В обоих схожих по смыслу материалах фигурировали фамилии начальника УКГБ по Гомельской области и подчиненных ему сотрудников.
Так, к примеру, безапелляционно заявлялось о том, что начальник УКГБ благоустраивал территорию своего коттеджа без оформления договора с подрядной организацией и не полностью оплатил работы. Дескать, он часто приезжает поохотиться и порыбачить в расположенные в деревне Лясковичи Петриковского района заповедные лесные угодья, незаконно переданные подставному лицу. Среди “разоблачений” было и такое: один из сотрудников УКГБ возглавляет преступную группировку, которая нелегально ввозит в страну табачные изделия, а затем сбывает их и спирт в страны дальнего зарубежья. Милиционеры же поплатились сфабрикованным в отношении их уголовным делом за то, что посмели попытаться разоблачить сотрудников УКГБ. Для убедительности Г. Баранова прибегла даже к такой аналогии: “В 1929 году по лживому доносу работниками НКВД был арестован мой дед… В Беларуси по-прежнему очень легко под маркой борьбы с коррупцией избавиться от людей, нежеланных политическому режиму”.

Когда запахло жареным…
Так чем же насолил сын Г. Барановой, сотрудник МВД, политическому режиму и почему стал неугоден? Что ж, давайте немного приоткроем тайну “охотничьего дела”, коль уж те, в чьих интересах, казалось бы, лучше молчать, не хотят этого делать. По крайней мере до логического завершения — приговора суда (напомним, что рассмотрение этого уголовного дела в настоящее время продолжается в Верховном суде).
Фигуранты этой криминальной истории — бывшие начальник главного управления по борьбе с коррупцией и экономическими преступлениями МВД, начальник УБКиЭП УВД, начальник УБКиЭП СН УВД и начальник ОБКиЭП Жлобинского РОВД. Все они обвиняются в превышении власти. В уголовном деле также фигурируют и другие лица, которым  вменяется в вину незаконная охота (речь идет о добыче европейской рыси, занесенной в Красную книгу) и бездействие должностных лиц.
Но остановимся на милиционерах. Они обвиняются в том, что, используя служебные полномочия и находящиеся в подчинении значительные силы и средства, незаконно организовали и осуществили в Жлобине и Жлобинском районе комплекс оперативно-разыскных и проверочных мероприятий. 26 марта текущего года сюда из Гомеля и нескольких райцентров выехали 15 сотрудников подразделений по борьбе с коррупцией и экономическими преступлениями. Целью командировки было получение любых дискредитирующих органы госбезопасности данных. В частности, сотрудника УКГБ, выявившего нарушения при использовании охотничьей дачи в деревне Глушица Жлобинского района. Именно здесь местный начальник ОБКиЭП на протяжении долгого времени организовывал охоту и рыбалку для крупных чиновников УВД и МВД.  В ходе этих проверочных мероприятий, для которых, как установлено, не было совершенно никаких оснований и поводов, милиционеры склоняли местных жителей к даче заявлений в отношении чекистов, а их объяснения затем искажали.
Не гнушались и рукоприкладством. Установлено несколько фактов, когда милиционеры били опрашиваемых людей, требуя от них дачи показаний. Причем тот же Баранов, по его признанию, считал такой метод работы в порядке вещей. Так, во время ночного опроса он ударил женщину по лицу. Позже милиционер заявил, что это был единственный способ вывести ее из истерики и успокоить. Позволял себе милицейский начальник и крепкие выражения.
Также в ходе  расследования установлено, что у Баранова не было высшего или специального  образования. Однако это обстоятельство не помешало ему занять должность сначала начальника ОБКиЭП Мозырского РОВД, а затем — начальника управления по борьбе с коррупцией и экономическими преступлениями в стратегических направлениях УВД.
Что же касается досуга на охотдаче в Глушице, то милиционеры, чувствуя себя настоящими хозяевами жизни и абсолютно ничего не опасаясь, любили фотографироваться со своими трофеями (на снимках). Сотрудники УКГБ изъяли фотографии, красноречиво свидетельствующие о фактах незаконной охоты и рыбалки с участием сотрудников милиции. В то время как выдавались путевки на добычу
1 — 2 особей, на фото запечатлено гораздо больше убитых животных. В ходе обыска на охотдаче было изъято 27 рыболовных сетей.
Установлены нарушения, касающиеся самовольного захвата земель, неучтенного потребления электроэнергии и привлечения наемных рабочих в нарушение трудового законодательства. Причем охотничья дача в Глушице неоднократно становилась объектом проверок как сотрудниками УВД, так и МВД. Однако никакой принципиальной оценки по их результатам дано не было. Вместо этого принимается решение проверить законность действий военнослужащих УКГБ, которые проводили мероприятия по рассмотрению обращений граждан, обвиняющих начальника ОБКиЭП Жлобинского РОВД в коррупционных проявлениях. Так охотники за зверьем стали охотниками за компроматом.

Интернет — не яма: бросишь слово — придется отвечать
Информацию, компрометирующую чекистов, сразу же подхватили другие интернет-ресурсы. До недавнего времени (до принятия в 2008 году новой редакции Закона Республики Беларусь “О средствах массовой информации”) Интернет был таким источником информации, куда как в помойную яму можно было забрасывать непроверенные слухи, домыслы и обвинения. Теперь же любой интернет-сайт по закону такое же СМИ, как газета или телеканал, а значит, за каждое слово, оброненное во всемирной паутине, его автор несет ответственность. Возможно, это не учла
Г. Баранова, а может, самонадеянно полагала, что те, кого она обвиняла, не станут защищать себя. Ошиблась.
Начальник УКГБ И. Корж обратился в суд Гомельского района с иском о защите чести, достоинства и деловой репутации. В качестве ответчицы была привлечена только Г. Баранова. Несмотря на то что в обращениях на интернет-сайт значились фамилии и других родственников арестованных милиционеров, истец посчитал, что их имена были лишь удачно использованы, а авторство клеветнических опусов при-надлежит всё же одному человеку.
На судебном заседании Г. Баранова выглядела растерянно. Никаких доказательств, подтверждающих достоверность распространенных ею сведений, она суду предоставить не смогла. Единственное, о чем постоянно твердила ответчица: ни на какие сайты она не обращалась. В то же время женщина не отрицала, что часть содержащейся в статьях информации представляет собой выдержки из писем ее арестованного сына. Переписку она никому не показывала и, дескать, даже не представляет, каким образом она могла быть процитирована в Интернете. Не обращалась Г. Баранова и в Европарламент. Пока только собирается. Никому текст будущего обращения, который переводится на соответствующие международные языки, не показывала. Однако установлено, что письмо на имя спикера Европарламента отправлено с электронного адреса предприятия, директором которого является супруг
Г. Барановой.
В то же время истец документально, предъявив ряд копий постановлений, решений и справок, доказал лживость всех интернет-разоблачений (хотя и не обязан был это делать в рамках судебного разбирательства). Многочисленные проверки (как прокурорские, так и органов внутренних дел) подтверждали абсурдность изложенных в Интернете сведений, которые преподносились как неопровержимые доказательства. В частности, согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела выполненные строительной организацией работы по благоустройству дворовой территории на садовом участке, принадлежащем супруге начальника УКГБ, оплачены в полном объеме. Никаких земельных участков либо жилых помещений ни за И. Коржом, ни за его супругой в Петриковском районе не зарегистрировано.
Гомельской межгарнизонной военной прокуратурой отказано в возбуждении уголовных дел в отношении ряда сотрудников УКГБ по заявлениям граждан о якобы имевших место неправомерных действиях  чекистов в Жлобине — в связи с отсутствием в их действиях состава преступления.

Где кончается свобода слова и начинается клевета
Суд, признав несоответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию И. Коржа сведения, размещенные в Интернете, обязал Г. Баранову опровергнуть их аналогичным же образом — опубликовав на том же сайте.
— Есть разные средства массовой информации и разные журналисты. Некоторые, почувствовав сенсацию, не утруждают себя проверкой полученных материалов. Так рождаются слухи, порой гнусные, подрывающие авторитет не только отдельного человека, но и всего ведомства, которое он представляет, — считает начальник УКГБ И. Корж. —
С распространением порочащих меня сведений я решил  бороться законным путем — через суд. Позиция редакций сайтов “Хартия-97” и “Белорусский партизан” и их администраторов мне не ясна — они, убрав после подачи мной иска лживые статьи, теперь хранят молчание. Однако я не исключаю возможности обращения в прокуратуру или органы внутренних дел для привлечения виновных в распространении клеветнических сведений лиц к предусмотренной законодательством Республики Беларусь ответственности. Я — за свободу слова, но за клевету надо отвечать.
Точку в “охотничьем деле” поставит суд, дав правовую оценку действиям всех героев этой криминальной истории. Однако чем бы не завершился судебный процесс, очевидно одно: защита по принципу взаимных, ничем не обоснованных обвинений никогда не доказывает правоту того, кто пытается обелить себя подобным образом.
А. ОРЛЕНКО