Как на Гомельщине боролись с безграмотностью
- 2426
- 13:53
- 04.12.2018
Поделиться
К героическим, подчас трагическим событиям в истории Гомельской и Полесской областей обращалось много исследователей. Но изменения в этническом, социальном, культурном облике населения в 1920 — 1930-е годы остаются темой малоизученной. Немало интересных фактов содержат материалы переписи 1926 и 1939 годов, еще недавно имевшие гриф строгой секретности.
К героическим, подчас трагическим событиям в истории Гомельской и Полесской областей обращалось много исследователей. Но изменения в этническом, социальном, культурном облике населения в 1920 — 1930-е годы остаются темой малоизученной. Немало интересных фактов содержат материалы переписи 1926 и 1939 годов, еще недавно имевшие гриф строгой секретности.
Наукой сыт не будешь или…
Собранный в архивах материал, возможно, будет полезен краеведам, преподавателям, студентам и всем, кто неравнодушен к истории нашего края.
Кампания по ликвидации безграмотности в стране стартовала в 1920-х — за короткое время советской власти удалось сделать куда больше, чем в дореволюционной России. Но если молодежь тянулась к знаниям, то со взрослым населением было иначе. Труднее всего проблема решалась среди женщин. По данным переписи 1926 года, в районе будущих Гомельской и Полесской областей было более 50% грамотных мужчин и около 30% женщин в возрасте старше семи лет.
Большинство населения продолжало заниматься тяжелым сельскохозяйственным трудом, что не способствовало росту культурно-образовательного уровня. Исследователи истории Гомельщины, соседних регионов РСФСР и УССР 1920 — 1930-х годов установили у значительной части представителей старшего поколения восточных славян (особенно у белорусов) негативное отношение к получению образования молодежью. Бытовала даже поговорка "З грамаці хлеба не гамаці".
Но после открытия в 1930 году Гомельского пединститута стало расти число педагогических кадров и соответственно расширяться сеть школ в регионе. Проводилась огромная разъяснительная работа по преодолению психологических барьеров и отсталых взглядов на культуру и образование.
Первым грамотным городом так и не стал
В 1930-е наступил перелом в крестьянской психологии, особенно после введения обязательного начального образования. В производственной и непроизводственной сферах стали работать специалисты с высшим и средним образованием.
Правда, стопроцентной грамотности у гомельчан не было и в 1939 году. Информация о том, что в первой половине 1930-х "Гомель стал первым в республике городом, где была полностью ликвидирована неграмотность", не подтвердилась. Этого не произошло и в целом по БССР, хотя руководство республики отмечало такой факт на XVII съезде ВКП(б).
На территории Гомельской и Полесской областей уровень грамотности и образования титульного населения был ниже, чем у национальных меньшинств — русских, евреев, поляков. Крайне низким он был у женщин-белорусок старше 50 лет, особенно на Полесье.
Очевидно, что колхозное крестьянство Беларуси в 1930-е оказалось в жестких тисках: материальные трудности, низкий уровень школьного образования, общей культуры, другие отрицательные факторы. Но советская власть смогла мотивировать в крестьянской среде стремление к образованию, и сельчане буквально пробивались к знаниям. Так вырастала национальная, народная интеллигенция, и это было огромным достижением за первые трудные двадцать лет молодой БССР.
В 1920 — 1930-е коренные изменения произошли не только в культурной и образовательной сферах, но и в социальной структуре советского общества, в том числе в наших областях. Данные переписи 1926 года говорят о все еще низком уровне индустриального развития и аграрном перенаселении.
Палитра сельского населения в 1930-е уже многообразная. Это были не просто крестьяне, а профессионально стратифицированные жители села: рабочие, служащие, кустари, колхозники и единоличники. На селе росла численность женского населения: отток женщин в города был меньшим, чем мужчин.
Вывод такой: белорусы и в конце 1930-х представляли собой традиционное общество, основанное на еще дореволюционных, патриархальных устоях. Это в какой-то степени сдерживало социально-культурное и политическое развитие. Абсолютное большинство населения, к примеру, Полесской области было занято в сельском и лесном хозяйстве и к 1939 году даже не вступило в начальный этап урбанизации.
Наукой сыт не будешь или…
Собранный в архивах материал, возможно, будет полезен краеведам, преподавателям, студентам и всем, кто неравнодушен к истории нашего края.
Кампания по ликвидации безграмотности в стране стартовала в 1920-х — за короткое время советской власти удалось сделать куда больше, чем в дореволюционной России. Но если молодежь тянулась к знаниям, то со взрослым населением было иначе. Труднее всего проблема решалась среди женщин. По данным переписи 1926 года, в районе будущих Гомельской и Полесской областей было более 50% грамотных мужчин и около 30% женщин в возрасте старше семи лет.
Большинство населения продолжало заниматься тяжелым сельскохозяйственным трудом, что не способствовало росту культурно-образовательного уровня. Исследователи истории Гомельщины, соседних регионов РСФСР и УССР 1920 — 1930-х годов установили у значительной части представителей старшего поколения восточных славян (особенно у белорусов) негативное отношение к получению образования молодежью. Бытовала даже поговорка "З грамаці хлеба не гамаці".
Но после открытия в 1930 году Гомельского пединститута стало расти число педагогических кадров и соответственно расширяться сеть школ в регионе. Проводилась огромная разъяснительная работа по преодолению психологических барьеров и отсталых взглядов на культуру и образование.
Первым грамотным городом так и не стал
В 1930-е наступил перелом в крестьянской психологии, особенно после введения обязательного начального образования. В производственной и непроизводственной сферах стали работать специалисты с высшим и средним образованием.
Правда, стопроцентной грамотности у гомельчан не было и в 1939 году. Информация о том, что в первой половине 1930-х "Гомель стал первым в республике городом, где была полностью ликвидирована неграмотность", не подтвердилась. Этого не произошло и в целом по БССР, хотя руководство республики отмечало такой факт на XVII съезде ВКП(б).
На территории Гомельской и Полесской областей уровень грамотности и образования титульного населения был ниже, чем у национальных меньшинств — русских, евреев, поляков. Крайне низким он был у женщин-белорусок старше 50 лет, особенно на Полесье.
Очевидно, что колхозное крестьянство Беларуси в 1930-е оказалось в жестких тисках: материальные трудности, низкий уровень школьного образования, общей культуры, другие отрицательные факторы. Но советская власть смогла мотивировать в крестьянской среде стремление к образованию, и сельчане буквально пробивались к знаниям. Так вырастала национальная, народная интеллигенция, и это было огромным достижением за первые трудные двадцать лет молодой БССР.
Удельный вес грамотного населения в Гомельской области в 1930-е
Аграрные и патриархальные
В 1920 — 1930-е коренные изменения произошли не только в культурной и образовательной сферах, но и в социальной структуре советского общества, в том числе в наших областях. Данные переписи 1926 года говорят о все еще низком уровне индустриального развития и аграрном перенаселении.
Палитра сельского населения в 1930-е уже многообразная. Это были не просто крестьяне, а профессионально стратифицированные жители села: рабочие, служащие, кустари, колхозники и единоличники. На селе росла численность женского населения: отток женщин в города был меньшим, чем мужчин.
Вывод такой: белорусы и в конце 1930-х представляли собой традиционное общество, основанное на еще дореволюционных, патриархальных устоях. Это в какой-то степени сдерживало социально-культурное и политическое развитие. Абсолютное большинство населения, к примеру, Полесской области было занято в сельском и лесном хозяйстве и к 1939 году даже не вступило в начальный этап урбанизации.
Реклама
