Истории гомельских детей, переживших ужасы гитлеровской оккупации

 

В начале войны девочке Любе было четыре года. Бабушка и дедушка занимались ее воспитанием, заменив родителей. Они жили в Гомеле по улице Минской, 33.

 

В 1943 году к ним в дом ворвались гитлеровцы. На поезде Любу отправили в лагерь смерти Майданек. Там она пробыла всего неделю. В один из дней немцы вели колонну детей. Их конвоировал пожилой охранник, который резко толкнул одного ребенка в канаву, чтобы спасти. Тот и побежал. Люба с надеждой посмотрела на конвоира, их взгляды встретились. Поняв намек, он также ее толкнул. Но девочка споткнулась и упала. На земле оказался либо камень, либо железный плуг, о который она сильно разбила себе ногу и голову. Люба лежала в канаве, пока местные жители не подобрали ее еле живую.

 

Девочка оказалась на территории Западной Украины в городе Рожище Волынской области. В чужом доме ее выходили, обработали раны, накормили. Вскоре пришла Красная армия. Любу направили в местный детский дом, где она пробыла около года. Затем девочку нашла бабушка и забрала домой.

Когда началась война, одиннадцатилетняя Лариса жила с отцом, матерью, братом и двумя сестрами в Речице. Она была старшим ребенком в семье.

Вскоре отца призвали на фронт. С детьми осталась мать. Семью загнали в гетто. Так как они были евреями, женщина понимала, что их ждет, поэтому задалась целью попытаться спасти кого-то из детей. Выбрала старшую дочь Ларису, решив, что у нее больше шансов выжить. Ночью она просунула девочку сквозь колючую проволоку, охранники заметили это и начали стрелять, но Ларисе удалось скрыться.

Мать посоветовала ребенку бежать к знакомой, однако та не пустила девочку к себе, потому что ее соседом был тот самый полицейский, который арестовал семью Урецких. Какое-то время Лариса была вынуждена скитаться по городу, пока ее не подобрала местная жительница Елена Богданова. Женщина знала семью, поэтому не отказала в помощи.

К слову, оставшихся в неволе членов семьи Урецких убили при ликвидации гетто 25 ноября 1941 года. Самой младшей сестре Свете было всего полтора года.

До 1943-го Елена Даниловна укрывала Ларису у себя. Когда возникала угроза, передавала ребенка знакомым, поскольку за сокрытие евреев полагалось наказание. Весной Ларису смогли увезти в партизанский отряд имени С. М. Буденного, который действовал в Речицком районе. Оттуда на самолете доставили в Москву, затем направили в детский дом в Мордовии.

23 июня 2005 года мемориальный комплекс истории холокоста «Яд Вашем» удостоил Елену Богданову почетного звания «Праведник народов мира» за предоставление и помощь в поиске убежища для Ларисы Урецкой.

Лариса Урецкая в конце 1940-х годов

Мальчик родился в Гомеле в 1928 году. В первые месяцы войны в дом по улице Красноармейской, где жила семья, угодила авиабомба. Костя вместе с родителями и сестрами перебрался в деревню Брилево в пригороде областного центра. Там они и провели всю оккупацию.

9 августа 1943-го он сбежал из дома в партизанский отряд «За Советскую Белоруссию», который действовал в бывшем Уваровичском районе. Вплоть до освобождения Гомеля Костя участвовал в диверсиях. В октябре подорвал немецкий эшелон на железнодорожной линии Гомель – Речица. Также взрывал рельсы, чтобы затруднить вражеское снабжение.

Все это время мама сильно переживала за сына, поэтому нашла его в лесу и забрала домой. Это было практически накануне освобождения. Соловьевы пережили оккупацию, однако в конце 1943-го почти все члены семьи заболели тифом. Их отправили в городскую больницу. Родные Кости смогли справиться с болезнью, но не парень… Костя умер от сыпного тифа в Новый год – 1 января 1944 года. Его похоронили на Новобелицком кладбище. Могила сохранилась до сих пор.

– Эту трагическую историю рассказала племянница Кости Соловьева Анна Носова, когда была жива, – отметил Юрий Панков. – К слову, три года назад в Гомеле проходила выставка работ американского фотографа Александра Артвея. Он эмигрант, родился в Гомеле. В 20–30-е годы прошлого века приезжал в город над Сожем к своим родным. Оказалось, что Костя – племянник Артвея.

Великая Отечественная война отняла у советских ребят возможность быть детьми, растоптала их детство. Проходят годы, из памяти постепенно стираются события, даты, имена людей. Юрий Панков заметил интересный факт. Когда пережившие ужасы войны люди рассказывают про то время, вспоминая свое голодное и холодное детство, они в большинстве своем сохраняют спокойствие. Но как только разговор заходит про Красную армию и долгожданное освобождение от немецко-фашистских захватчиков – всегда плачут. Это самые искренние слезы радости, надежды на счастливую жизнь.