Виолетта Высоцкая из Литвы одиннадцать раз посетила Беларусь по безвизу

– Нет, приехала впервые, как только узнала, что это можно сделать беспрепятственно. Сразу купила билеты и отправилась в Минск. Очень благодарна вашему Президенту за такую возможность. Немного волновалась, так как наши власти преподносят вашу страну по-другому, запугивают. Но все прошло без происшествий и тогда, и во время всех моих одиннадцати поездок.

– Была счастлива встретиться с друзьями, с которыми познакомилась через интернет. И, конечно же, мне очень понравился Минск – красивый, чистый и спокойный город. Полюбила его, теперь он мне как родной. В Беларуси увидела совсем другую картинку, нежели ту, которую транслируют в Литве. Каждый раз с удовольствием закупаюсь, и выходит дешевле, чем у нас. Очень вкусные у вас конфеты.

– Да, в апреле, если получится взять отпуск. Хочу побывать в других городах, но пока беру билеты до столицы. Очень хочу посетить музей Великой Отечественной войны. Эта тема меня всегда интересовала. У вас бережно относятся к исторической памяти, а у нас с этим сложно. Многие советские памятники снесли и продолжают сносить – стоит задача переписать историю.

– Спрашивала у родителей, точно ли у нас нет родственников-белорусов? Увы, но нет. Мама и папа коренные литовцы с польскими корнями.

– Богаче мы не стали, это точно. Первое время вообще было сложно, цены постоянно поднимались. Да, зарплаты тоже, но вместе с ними росли налоги, коммунальные платежи. Живу с родителями, воспитываю сына Лукаса, которому десять лет, работаю продавцом в магазине. В целом не могу сказать, что приходится легко.

– Люди в среднем получают долларов 500–600. Летом и весной еще более-менее, но в холодную пору и зимой только за отопление в трехкомнатной квартире отдаем 300–400 долларов.

– Недавно в Вильнюсе проходила забастовка. Аграрии возмущены политикой санкций, из-за которой наши власти закрыли им торговые пути, в том числе в Беларусь. А также они недовольны бесконтрольным доступом украинского зерна на рынок.

– Знаю белоруску, которая приехала к нам 20 лет назад. Она пытается получить гражданство, но процесс оформления документов идет очень сложно. Есть примеры, когда белорусов просто отправляли домой.

– Да, и вряд ли у них есть шанс сделать карьеру или просто найти достойное место работы.

– С родителями на польском и русском, он мне и сыну близок, хотя когда Лукас был сов­сем маленьким, конечно же, приучала его к родному литовскому. На русском сын общается с двоюродными братьями и сестрами. Он также выбрал учиться в русской школе.

– На протяжении веков в Литве образование для нацио­нальных меньшинств велось на трех языках. У нас около 11 тысяч школьников учатся на польском, 16 тысяч на русском и 300 на белорусском. Но в последнее время, и особенно с конца прошлого года, против них идет очередная кампания. Недавно власти стали предпринимать попытки закрыть польские школы. И когда еще по ним не завершились судебные процессы, заявили о закрытии русских. Славянские школы, к слову, в основном выбирают и бежавшие от войны украинцы.

Поэтому родители решили выступить против незаконных действий, нарушающих конвенцию Совета Европы о защите национальных меньшинств, которую Литва согласовала еще в 2000 году. 23 марта несколько сотен поляков и русских вышли на акцию протеста в Вильнюсе. Демонстрация началась возле парламента, затем люди проследовали к зданию правительства и дошли до дворца президента. Участники требовали остановить дискриминацию. Они говорили, что их родители огромной ценой сохранили образование на родном языке и теперь эта задача лежит на нынешнем поколении.