Протасевич: я не стремился к тому, к чему сейчас стремится оппозиция

"Наверное, да. Я искренне верил в то, что я делал. И я делал это совсем не ради того, к чему позже, и в том числе сейчас, приходит оппозиция. Я действительно во многих моментах был, наверное, даже чересчур идейным и чересчур верил в какие-то идеалы. Которых, к сожалению, в реальной жизни гораздо меньше, чем я думал", - сказал Роман Протасевич.

По его словам, время научило его многому. "И даже ситуация с посадкой самолета, наверное, наконец-то, заставила меня остановиться и трезво заново взглянуть на свою жизнь. И понять, чего я действительно хочу. И что я упускал все это время. Поэтому, безусловно, многие события хотелось бы изменить. Но если говорить о том, что я жалею или не жалею, то, наверное, нет. Возможно, если бы выбирал варианты, которые можно было изменить, когда я выходил из проекта, у меня был еще один рабочий вариант. Но я упорно пытался все-таки попасть в штаб. И это та вещь, о которой я жалею. Потому что я погряз в политике. Одно дело заниматься журналистикой и какими-то журналистскими, даже пропагандистскими проектами. Совсем другое дело - оказаться в политических структурах", - отметил он.

В интервью была затронута и тема санкций. "Я, в принципе, уже неоднократно про это говорил, что для той же оппозиции санкции - это просто последний инструмент давления. Потому что других инструментов у них, к сожалению, уже нет. Но вопрос этичности таких призывов остается открытым", - добавил Роман Протасевич.