Знание немецкого языка позволяло разведчице Таисии Дробышевской добывать для партизан важную информацию

Работая у врага переводчицей в Чечерской земельной управе, девушка стремилась внести посильный вклад в борьбу против немецко-фашистских захватчиков, которых люто ненавидела. Через ее руки проходили почти все документы о земельной политике немцев на оккупированной территории, письма с доносами, руководящие указания вышестоящих органов, разрешительные документы и другие материалы. На работе была словно натянутая струна, в разговоре с врагом всегда тщательно взвешивала каждое слово, жест, взгляд. Понимала, что одно неосмотрительное движение может стоить жизни ей, родным и близким. Вокруг было столько крови и боли, что самой хотелось умереть, только бы не видеть творившегося ужаса, а приходилось сохранять хладнокровие и даже улыбаться, сглатывая подступивший к горлу комок. Не могла избавиться от чувства животного страха, охватывающего ее каждый раз, когда видела издевательства. Иной раз девушке казалось, что бешеный стук сердца в груди услышат окружающие, и это ее выдаст.

Особенно тяжело приходилось Таисии Дробышевской во время допросов тех, кого фашисты и полицаи подозревали в нелояльности к оккупационному режиму, в связях с партизанами или у кого нашли компромат. Патриоты умирали на ее глазах, не выдержав страшных пыток и издевательств немцев и их прихвостней из карательного отряда Александра Буглая, отличавшихся особой жесто­костью и изощренностью. Только дома в кругу родных она могла дать волю чувствам, а утром надевала маску и спешила на работу в земельную управу, делала вид, что не замечает оскорблений, брошенных вслед земляками, даже слова не имела права сказать в свое оправдание, ведь любая попытка объясниться была бы чревата трагическими последствиями.

Партизаны Чечерского отряда систематически получали важную информацию от разведчицы, что позволяло принимать упреждающие меры против карательных акций противника и проводить ряд успешных операций. Связью с Таисией народные мстители очень дорожили, старались соблюдать строжайшую маскировку. На встречу с ней в ночное время обычно приходили два партизана: один с опытом конспиративной работы с источниками информации, а другой был на подстраховке. Как правило, виделись дважды в месяц.

Молодой уроженец Западной Беларуси Александр Буглай, убежденный антикоммунист и командир антипартизанского спецназа, понимал, что партизаны могут использовать местных жителей, работающих в немецких учреждениях, для своих целей. Он организовал за многими негласное наблюдение через холуев из числа бургомистров, старост, полицаев и других немецких прислужников.

Cлежку за Дробышевской вел бургомистр Ворновской волости, агент СД Петр Новиков. В услужениях у него находился еще один негодяй из деревни Острая Корма, который жил вблизи дома Дробышевских. Он и зафиксировал, как в ночное время туда наведывались партизаны. Наблюдение за поведением Таисии многократно усилили, однако она действовала аккуратно и не давала оккупантам возможности обвинить ее в чем-то.

В конце августа 1943 года командование партизанской бригады направило на связь с Дробышевской начальника отделения разведки бригады Сергея Глухих и восемь партизан. Помимо получения разведывательной информации у народных мстителей было еще одно наиважнейшее задание – скомпрометировать в глазах немцев ряд активных полицейских и служащих Чечерской полиции.

В одну из ночей Таисия по привычке встретилась в условленном месте с партизанами, передала сообщение о планах немцев и важные документы земельной управы. Несмотря на конспирацию, девушка не заметила за собой хвоста в лице агента Новикова, а тот, спеша выслужиться перед фашистами, незамедлительно проинформировал об этом свое руководство, сообщение сразу же получил и Чечерский военный комендант. Немцы с отрядом Буглая организовали засаду на партизан, прекрасно зная, где они будут переправляться через Сож.

Получив разведданные, народные мстители воодушевились, но потеряли бдительность. Остановились на ночлег в одном из населенных пунктов Рассохского сельсовета, были выявлены и окружены немцами. Завязался бой, но силы были неравными. Пять партизан погибли, в том числе и начальник разведки Глухих, остальные чудом скрылись от погони. Немцы ликовали, а их радость утроилась, когда, обыскав тела убитых, обнаружили документы Чечерской земельной управы и разведывательную информацию, переданную Дробышевской.

Девушку сразу же арестовали. Таисия понимала, что это будет дорога в один конец. Она мужественно терпела истязания, не раз теряла сознание от боли, но ее приводили в чувство и снова жестоко издевались, пытаясь выбить информацию о том, кого из народных мстителей знает, кто в немецких учреждениях работает на партизан, кто из жителей деревни Острая Корма держит с ними связь. Враг был хитер и изворотлив, сменял тактику шантажом, использовал метод пряника, предлагал сохранить жизнь. Подпольщица упорно молчала, что злило фашистов еще больше.

Когда сестра Татьяна принесла Таисии передачу в тюрьму, полицаи арестовали и ее. Посадили обеих в одну камеру, думая, что это подействует на патриотку, и она всё расскажет. Буглаевцы намеревались арестовать и отца Дробышевской, но Петр Корнеевич успел уйти с семьей в лес. Не найдя хозяина дома, полицаи разграбили всё имущество и разо­рили двор.

В первых числах сентября 1943 года сестер Дробышевских расстреляли. Один из жителей Чечерского района видел, что их палачом стал Буглай. Таисия, которую он хорошо знал, помогала партизанам, и простить ей это не мог. Так оборвалась жизнь девушки, настоящей патриотки белорусской земли.

Стремясь избежать наказания за злодеяния, причиненные белорусскому народу и трясясь от страха за свою никчемную жизнь, Буглай успел сбежать с отступающими частями вермахта в Германию, а после Победы оказался в Америке. Власти США приютили предателя и отказались выдать Советскому Союзу. Ему удалось избежать заслуженного наказания, но его преступления не имеют срока давности, о них помнят белорусы и никогда не простят.