Сердечная привязанность

Гомельский областной клинический кардиологический диспансер вновь стал приманкой для журналистов Представители массмедиа буквально слетелись в операционную, где вчера проходил мастер-класс. Заместитель главврача, кандидат медицинских наук Сергей Саливончик проводил маммарокоронарное шунтирование на рабочем сердце. Эта операция направлена на восстановление кровоснабжения пораженного участка миокарда. Ассистировал Маттео Феррарини из клиники в Массе — городе на северо-западе итальянского региона Тоскана. В апреле этого года наши кардиохирурги побывали на Апеннинском полуострове в рамках международного проекта, связанного с организацией стажировок. Он реализуется на базе кардиодиспансера в соответствии с протоколом о намерениях, подписанным управлением здравоохранения облисполкома и благотворительной организацией «Помощь детям Чернобыля» с одной стороны, а с другой — объединением «Помощь Италия». Таким образом, вчера был дан старт ответному двухдневному визиту. Сразу после операции Маттео Феррарини дал эксклюзивное интервью «Гомельскай праўдзе». И теперь уже Сергей Саливончик выступил в роли ассистента — как переводчик. — Скажите, вы испытываете какие-то особенные ощущения, когда в ваших руках буквально бьется сердце пациента? Как сегодня, к примеру... — Вначале, конечно, каждый раз это были довольно стрессовые ситуации, связанные с чувством большой ответственности, которая ложится на тебя как на кардиохирурга. Но со временем, когда приходит опыт, стресс уходит, а ответственность остается. — Кардиохирурги, на ваш взгляд, это своего рода элита медицинского мира? — Кардиохирургия сложна сама по себе, ведь мельчайшая ошибка может стать фатальной для пациента. Но я не считаю ее элитарной, поскольку и другие хирурги делают очень сложные операции. И важно не то, как ты себя воспринимаешь, а то, насколько ты профес­сионален. — Вы сказали, что некий трепет, который каждый кардиохирург испытывает в начале своей карьеры, держа в руках сердце пациента, со временем если не уходит, то становится не таким явным. Смогли бы вы сегодня, абсолютно без трепета, взять на себя ответственность за жизнь самого дорогого и близкого вам человека? Или все же предпочли бы доверить операцию кому-то из коллег? — Думаю, смог бы. Хотя все зависит от психологического состояния конкретного хирурга. Когда оперирует кто-то — это все-таки проще... — Так все же — да или нет? — Да! — В ходе прошедшей операции у вас возникали какие-то замечания? — Ну, возможно, инструменты могли бы быть получше. А сама операция шла на должном уровне. Я бы провел ее так же, ничего не меняя...