Будь человеком, и к тебе потянутся курорты: гомельчане в Египте

Русгада навсегда

— Вы с мужем вроде бы в Шри-Ланку на Новый год собирались? Почему передумали? 

— Во-первых, из-за цены вопроса. Шри-Ланка — это, как оказалось, довольно дорогое удовольствие: стоимость десятидневного тура на двоих составляет больше четырех тысяч долларов. Плюс долгие перелеты с пересадками. Вначале нужно лететь в Москву, потом в Арабские Эмираты, и только затем в столицу Шри-Ланки Коломбо. В общем, это не слишком-то удобно. 

Зато те же десять дней в Египте с отдыхом в пятизвездочном отеле и вылетом прямо из Гомеля обошлись нам в два раза дешевле. 

— И сколько времени перелет занял? 

— Летели чуть больше четырех часов, приземлились прямо в аэропорту Хургады. В Египте я оказалась не впервые. Лет пять назад мы отдыхали в Шарм-эль-Шейхе, тоже в пятерке, но в этот раз Египет начал приятно удивлять уже в аэропорту. Представители туристической компании, встречавшие нас с баннерами в руках — такими табличками с названием принимающей турфирмы — выстроились шеренгой вплоть до самого автобуса. В той же Турции, к примеру, когда прилетаешь в аэропорт, сам идешь к информационному киоску, где ищешь название своего туроператора. И только потом, по названию, служащий объясняет, где находится автобус, который должен отвезти тебя в отель. Здесь же выстроилась живая информационная лента. 

— И во что эти люди были одеты? Наверняка во что-нибудь яркое национальное? 

— Вовсе нет. Нас встречали симпатичные ребята, одетые по-европейски. Хургада — это ведь, по сути, полуевропейский город с небольшим населением. В нем нет какого-то бьющего в глаза арабского колорита. Более того, практически треть населения Хургады — русские. Инженеры, строители, торговцы, парикмахеры… Они обосновались в ней давно и прочно. Знаешь, как местные Хургаду называют? 

— Как? 

— Русгада! 

Сервис с египетским лицом 

— Вы жили в пятизвездочном отеле. Неужели все-все-все было на пять? 

— Абсолютно. Начнем с того, что нас поселили в том корпусе, который я сама выбрала — у моря. 

Дело в том, что наш отель занимал огромную площадь. По его территории протекала река, ходил катер. 

Так что путь до моря был неблизким. Меня предупреждали, что русских в облюбованном мною корпусе стараются не селить, создавая более комфортные условия для тех же немцев или англичан, однако на деле все оказалось не так. Нас с мужем не только поселили без проблем, но еще и этаж на свое усмотрение позволили выбрать: мне не хотелось жить на первом, и нас без разговоров поселили на втором. Я вообще в этот раз отметила абсолютно равное отношение ко всем туристам. В других отелях приходилось наблюдать, что перед западными европейцами персонал не то что выслуживается, нет, но оказывает больше внимания. Причем заметно больше. В этом отеле такого не было. Возможно, из-за того, что море в Хургаде не такое красивое, как в Шарм-эль-Шейхе — там нет такой изумительной красоты рифов, — всем туристам без исключения старались компенсировать это обстоятельство безукоризненным сервисом. 

— А что можно сказать по поводу кухни? Слышала, что как раз в Египте у туристов после местных яств бывают проблемы с пищеварением. 

— Не могу судить о других отелях, поскольку в Египте я была лишь в двух пятерках. Кормили нас очень хорошо. Чистота была идеальной, повара, которые стояли тут же и готовили, все как один были в перчатках. На территории нашего отеля было несколько ресторанов: с восточной кухней, итальянской, немецкой. Было два ресторанчика со смешанным меню, отдельно находился рыбный ресторан. Да, и еще небольшой ресторанчик был на пляже. Еда везде была вкусной. Мы предпочитали итальянский ресторан. Но не потому, что итальянская кухня нами как-то особенно любима. Просто там, наряду с различными блюдами, была и такая привычная для нас еда, как те же овощные супчики, к примеру, с вермишелькой, картошечкой. А вообще-то всегда и везде можно найти что поесть. Мы с сыном в Турции, в одном из трехзвездочных отелей как-то отдыхали. Останавливаться в нем я, конечно, сейчас никому не посоветую, но и там можно было отыскать нормальную еду. Главное — смотреть на вещи проще и не строить из себя особу королевских кровей. 

— В этой пятерке, насколько я понимаю, вас кормили абсолютно бесплатно по принципу “все включено”? 

— Да. Есть можно было круглые сутки все, что душа пожелает. А то, что понравилось, с собой в номер забирать в специальных контейнерах, и это никогда никаких вопросов не вызывало. После часу ночи платить приходилось лишь за спиртные напитки. 

Дорога к храму

— Как культурный досуг проводили? Пирамидами удалось полюбоваться? 

— Нет. Для этого нужно было в Каир ехать, за сотни километров. Нам же, честно говоря, больше хотелось на морском берегу, на солнышке погреться. Но в одной экскурсии мы все же поучаствовали, посетив, в частности, храм богини Хатхор в Дендере на западном берегу Нила и Карнакский храм на восточном. Дорога лежала через пустыню. Она, кстати, оказалась вовсе не похожей на ту, что мы привыкли себе представлять. Это был не песок и не земля, а камень — терракотового, а где-то даже красного цвета. И вот как тут не удивляться трудолюбию египтян, которые умудряются на этой мертвой породе выращивать овощи-фрукты, да еще урожай собирать три раза в год? Земельные участки государство выделяет им бесплатно. Вначале они в течение года убирают камни, наносят почву, поливают ее. Причем воду берут исключительно из Нила: там вся страна покрыта сетью водопроводов. 

На второй год, чтобы почва держалась, высаживают клевер. Затем этот клевер перепахивают и только потом сажают какие-нибудь культуры. Все что нужно привозят-увозят на осликах. Если у кого-то есть трактор — то это уже особый статус и уважение со стороны окружающих. По дороге нам удалось увидеть египтянина на тракторе. Боже, как же он его разукрасил! Там и мишура была какая-то новогодняя, и ленточки яркие, и амулетики. Видно было, что он этот трактор очень любит. Не уверена, но подозреваю, что это был трактор “Беларус”. Техника с виду старенькая совсем. Я такое чудо только в детстве у бабушки в деревне видела. 

— А с бедуинами по дороге не сталкивались? 

— Столкнулись, когда остановились чаю попить. К нам на автостоянке подошли их дети, мы оставили им еду. Нас гид предупредил, что так принято. Когда уезжали из отеля, каждый в нашей группе получил ланч-бокс: пакет с бутербродами, соком, водой — всем этим мы и поделились. Бедуины — это народ, живущий совершенно обособленно. Питаются тем, что пустыня пошлет: у них не то что денег, паспортов нет. 

— Дети бедуинов не попрошайничают, дескать, мы сами не местные? 

— Нет. К туристам на автостоянки они приводят маленьких козочек и устраивают небольшие представления. Все, что они могут себе позволить, это иногда подойти и сказать “плиз”. А вот торговцы, которых мы встретили в Карнаке, те были очень навязчивы. В меня буквально вцепился один колоритный дедушка. Он был очень худенький и очень черный, в чалме, у него были не все зубы. Недалеко от Каира есть разработки оникса. Из этого камня делают различные фигурки, которые пользуются популярностью у туристов. Так вот ушлые торговцы заливают в специальные формы некую смесь, которая имитирует камень. Одна такая фигурка стоит доллар. Я у этого дедушки купила пять фигурок, иначе не отвязался бы. Справедливости ради следует сказать, что некоторые действительно оказались из камня — неизвестной, правда, породы. 

— Карнак впечатлил? 

— О, да! Все как на картинках в учебниках истории. Карнак — знаменитый на весь мир храмовый комплекс Древнего Египта, включенный в перечень Всемирного наследия ЮНЕСКО. Там множество интереснейших памятников. Мы, в частности, побывали в храме Амона-Ра, главного египетского божества. А в Дендере впечатлил храм богини Хатхор, которую считали символом материнства. Древние египтяне, как известно, отличались глубокими медицинскими познаниями. В Дендере же я узнала, что они, похоже, еще и искусственным оплодотворением занимались. 

— Храмы поражают воображение? 

— Еще как. В настоящее время их отмывают и реставрируют. 

— Отмывают? 

— От копоти. Кочевники, которые пасли в этих местах скот, жгли в стенах храмов костры. За многие века копоть легла на них толстым слоем. Но там, где поверхности от нее очищены, виднеются яркие краски: голубые, красные, коричневые. Причем реставраторы их еще не касались: краски хранят глубоко насыщенный цвет спустя столетия и это не может не восхищать. 

Какой египтянин не любит быстрой езды?

— Вы до храмовых комплексов добирались на автобусе. Говорят, что в Египте правил дорожного движения никто в принципе не соблюдает, все ездят как бог на душу положит. 

— Мне сложно судить, я не водитель. Но по пустыне мы мчались с хорошей скоростью: километров хорошо за сто в час. 

— Не страшно было посреди пустыни поломаться? Когда там их египетский эвакуатор приедет, особенно, если и мобильная связь еще не работает.

— Страшновато, честно говоря, было. Но мобильная связь, к слову, работала на протяжении всего пути — я видела, как гид и два наших водителя по мобильникам разговаривали. И эвакуатора долго ждать не пришлось бы. На автостоянке рядом с нашим автобусом остановился другой, у которого, видимо, возникли неполадки. Так вот пока мы пили чай, технические службы успели прибыть. 

— А то, что в целом в этом регионе не очень спокойно, никак не беспокоило? 

— Да, мы видели военных, блокпосты с пулеметными гнездами. Но военные, насколько я поняла, всего лишь следят за порядком. По дороге на одном из блокпостов нас остановили. Но документы проверили только у гида и водителей. Мы же даже из автобуса не вышли. 

Выучи волшебное слово

— В целом, я вижу, Египет оставил после себя только положительные эмоции. 

— И в целом, и в частности. Я уже говорила, что Хургада, возможно, уступает Шарм-эль-Шейху в плане какой-то особенной экзотики. Здесь, быть может, не такой удобный пляж: часов в одиннадцать начинается отлив и, чтобы искупаться, нужно довольно долго идти. Туда — еще ничего. А вот обратно — холодновато из-за ветра. Нужно учесть, что мы-то ведь зимой отдыхали. И хотя температура днем поднималась до 27 градусов, ветер давал о себе знать. Но все это меркло перед качеством обслуживания. В Хургаде дорожат каждым туристом: неважно, из какой страны он приехал. И если кто-то говорит, что пятизвездочные отели в Хургаде — это те же три звезды в Шарм-эль-Шейхе, — неправда. Нам устроили прекрасный Новый год, Рождество православное. Перед этим католическое Рождество устроили для немцев и поляков — их в отеле, наверное, процентов 60 было. Но, как я уже отмечала, мы не чувствовали какой-то разницы в отношении к себе и к ним. Хотя, мне показалось, что к белорусам в Египте относятся с большим уважением, чем к россиянам. 

— А для египтян не все славяне — русские? Они же разницы не чувствуют. 

— Они спрашивают. И когда ты говоришь, что из Беларуси, улыбаются с особенной теплотой. Наши культурнее. Я ничего не хочу этим сказать — сама наполовину русская, нас ведь всех Советский Союз перемешал. Но помню один не очень приятный эпизод. Это было в Шарм-эль-Шейхе, где мы отдыхали в весьма крутой пятерке. Россиянин, приехавший откуда-то с Севера, грубо окликнул официанта. Что-то вроде: “Эй ты, халдей, долго я тебя ждать буду”. 

— Нет, ну ясное дело: золотишка на Севере намыл, решил покуролесить… 

— Не знаю, но картина была очень неприятной. Я отдыхала в Греции, Турции, Египте. И могу абсолютно уверенно заявить: люди к тебе будут относиться так, как ты относишься к ним. Куда бы я ни приезжала, стараюсь выучить хотя бы несколько слов на языке той страны, в которой собираюсь отдыхать. Мне не сложно, а местным жителям приятно.