Мария Бондарь: Приходите, будем разбираться вместе (видео)

Председатель областного Совета депутатов Мария Бондарь побывала вчера на прямой линии в пресс-центре «Гомельскай праўды». Откровенный разговор власти с жителями региона о волнующих их проблемах, который происходит в стенах областного издания, уже устоявшаяся традиция. В этот раз на диалог вышла власть представительная. И открыла для себя много интересного: в частности, что Довск — это центр Европы.

Алло, добрый день!

— Доброго здоровья!

— Вопросик один можно? Это вам из Довска звонят. У нас закрыли автовокзал. Как можно? Довск — это же центр Европы!

— Как вас зовут?

— Надежда Николаевна. Я в роллетике там работаю и вижу, как люди мучаются. Ни вывески нет, ничего. Автовокзал взяли и продали...

— Действительно, в прошлом году здание автовокзала было продано частному предпринимателю из Бобруйска. Но взамен нашли помещение, где выполняются услуги по реализации билетов для пассажиров. Ну а предприниматель, насколько я осведомлена, в рамках подготовки к дожинкам собирается делать капитальный ремонт здания. И оно не только украсит центр Довска, но и будет иметь привлекательное для его жителей функциональное назначение.

— Да когда там он его облагородит? Сейчас же ни туалета нет, ни скамеек. Людям пожилым, которые с палочками ходят, присесть негде. Расписания движения нет!

— Я разговаривала с предыдущим собственником — «Гомельоблавтотрансом». Здание было продано, потому что не использовалось: пассажиропоток был не более пятидесяти человек. Так что здание продано по закону, нарушений нет. Но тот минимум услуг, который должен оказываться пассажирам, «Гомельобл­автотранс» обязан обеспечивать. Обязательно переадресую этому предприятию ваш вопрос, чтобы его специалисты выехали на место и обеспечили весь необходимый минимум услуг. Это я вам обещаю.

Лилия Михайловна позвонила из Жлобина. Рассказала, что есть у них очень красивая улица с таким же красивым названием — Цветочная. И в самом начале ее стоит дом, хозяева которого за порядком совершенно не следят. Забор упал, во дворе куча мусора. Неужели нельзя порядок навести?

— Я разделяю ваше возмущение, — сказала Мария Бондарь. — Действительно, неприятно, когда люди, живущие рядом, за своим домом не ухаживают. Я дам знать об этом местной власти. Члены административной комиссии придут по указанному вами адресу и, думаю, смогут принять нужные меры. Мне симпатична ваша позиция, поэтому обещаю, что еще и проконтролирую, чтобы нужное решение было принято. А вообще я недавно была в Жлобине и должна сказать, что сегодня много делается для его благоустройства.

Здравствуйте! Я отправила электронное сообщение на адрес газеты где-то час назад. Получено оно или нет?

— Наталья Николаевна? Да, мне его передали. «В 2007 году обрушился мой дом. Позже выяснилось, что он находился над городским коллектором к-700. Этот коллектор нигде не зарегистрирован, поэтому над ним и стоят дома. Нам уже начали выплачивать компенсацию, но до конца не рассчитались... Просим у вас помощи и защиты». Давайте договоримся так, Наталья Николаевна. Когда вы сможете прийти ко мне на прием со всеми документами, чтобы можно было показать их нашим юристам?

— В любое время, даже сегодня.

— В таком случае сегодня в 15.00 я жду вас у себя. Приходите, будем разбираться вместе.

Ирина Ивановна позвонила из Рогачевского района. Вначале, чтобы попросить помощи для своей дочери. Ее после училища отправили работать на Жлобин­скую швейную фабрику, но жильем не обеспечили.

— Скажите, Ирина Ивановна, на фабрике есть общежитие? Как молодой специалист ваша дочь имеет на него право.

— Говорят, что есть.

— Оставьте, пожалуйста, свой телефон и дайте домашний адрес. Постараюсь помочь.

— У меня два телефона, записывайте, Мария Андреевна. И еще — что мне делать? Меня на работу не берут. Я инвалид третьей группы, пенсию вот получила миллион шестнадцать тысяч сто рублей. Как мне прожить на этот миллион?

— Группа у вас рабочая?

— Да, рабочая...

— Кем вы раньше работали и кем можете работать?

— Работала санитаркой, могу работать уборщицей.

— С работой можно помочь, только если вакансии есть.

— Вакансии есть, я знаю.

— Ирина Ивановна, я записала ваши координаты и о принятом решении вам обязательно сообщат.

Здравствуйте! Это Мария Андреевна? У меня такой вопрос. Мне семьдесят лет. Я прописала дочку, а она без моего согласия прописала мужа...

— Минутку. Как вас зовут?

— Нина Степановна, живу в Гомеле.

— Вы собственник квартиры?

— Да.

— Без вашего согласия дочь не могла прописать мужа.

— Когда квартиру приватизировали, чеки были. Доли в квартире есть у дочки, внучки и у меня.

— Нина Степановна, вы сами сейчас ответили на свой вопрос. Получается, что вы не единственный собственник. Дочь дала согласие на прописку мужа, имея право собственности на квартиру.

— Они живут в комнате, где восемь метров принадлежат мне. Я была в Верховном Суде в Минске, там сказали — есть нарушение, подавайте в суд. Я подала, суды сейчас идут...

— Значит, нужно дождаться судебного решения. Ваш телефон у меня есть, с вами обязательно свяжутся специалисты, чтобы посмотреть все документы и дать необходимую консультацию. Тема приватизации в ходе минувшей прямой линии возникла дважды. Из деревни Нивы Жлобинского района позвонила Надежда Петровна. Пожаловалась, что приватизировала дом, который находился на балансе в колхозе, и заплатила за оформление документов свои кровные пять миллионов рублей. Но ведь дом-то был колхозным, построенным когда-то самовольно, вот пусть колхоз и платит! Ей пояснили, что расходы, связанные с приватизацией, по закону ложатся на плечи граждан. А все спорные вопросы решаются в суде. География и проблематика звонков была, как всегда, самой разноплановой. В каждой ситуации депутатам еще предстоит разобраться. Правда, был и звонок, который никакого разбиратель­ства не потребовал.

Мария Андреевна, здрав­ствуйте! Я пенсионерка, была у вас на приеме сразу после вашего избрания председателем облсовета. Меня зовут Нина Вячеславовна. Я внимательно слежу в телеэфире за жизнью нашего государства и видела вас в Мозыре, где в пятницу проходило выездное заседание Совета Республики. И я вас поздравляю! То, что женщина хорошо выполняет такую сложную работу, достойно всяческого уважения.

— Доброго вам, Нина Вячеславновна, здоровья и спасибо за добрые слова, которые меня так тронули.

— Вы знаете, я всегда была общественницей, и о некоторых вещах мне хотелось бы поговорить с вами лично...

— Ну, что ж, я предупрежу секретаря, чтобы он записал вас ко мне на прием. Приходите, и мы с вами побеседуем.