Моя деревня с краю?

Кусочком “дикого поля” времен монгольского ига назвал свою родную деревню Короватичи Анатолий Михалко в письме в редакцию “Гомельскай праўды”. Анатолий Петрович теперь живет в Мозыре. Но недавно вновь навестил малую родину, и увиденное его не обрадовало.

Во саду ли, в огороде

— Всё познается в сравнении. Как по­смотришь на другие, ухоженные деревни в том же Мозырском районе, обидно становится за Короватичи, — признается пенсионер. — А ведь наша деревня, наверное, одна из самых больших в области. По крайней мере, была. И правда, одна только улица Советская растянулась здесь почти на 6 километров, а нумерация домов перевалила за 270. Старожилы же вспоминают, что в 1950 — 60-х годах застройка в Короватичах была настолько плотной, что люди соглашались на любой, даже маленький кусочек земли, только бы втиснуться и поставить дом. Шли в гору и дела в местном колхозе. Сельчане построили ферму, свинарники, птичник, кузницу, заложили сад, содержали пасеку. Да и на полях работали не щадя сил. Взрослым помогали дети: серпами жали жито, вручную косили траву на заготовке сена. Через какое-то время поставили паровую машину, заработала мельница, пилорама, баня. Школа переселилась в новое здание, которое и сегодня, спустя много лет, выглядит основательно и внушительно, а тогда вообще казалось сельчанам верхом архитектурной мысли. Славилась десятилетка и своим приусадебным участком. Он был представлен на ВДНХ в Москве, награждался грамотами. И хоть учительница биологии Ефимия Ярец и ее ученики корпели над школьным огородом около полувека назад, короватичцы до сих пор о нем вспоминают. — Об этом приусадебном участке центральное телевидение даже когда-то сняло киножурнал, — не без гордости говорят сельчане. Правда, тут же с горечью добавляют: “Сейчас от огорода ничего не осталось”. Учительница Ярец умерла. Неужели продолжать ее дело оказалось некому?

Памятное место

Все хорошие начинания учителей и учеников поддерживал тогдашний директор школы Эдуард Залесский. Он по крупицам собирал сведения о бойцах, сражавшихся за Короватичи.   Александр ШКУРИНОВ, председатель Короватичского сельсовета: — За монументом павшим бойцам постоянно ухаживает школа. На деньги, выделенные райисполкомом, шесть — семь лет назад мы установили забор вокруг кладбища. Правда, он практически сразу начал гнить и рушиться. Сейчас будем искать средства на ремонт. Что касается дороги к кладбищу, в КУП “Речицаблагоустройство” вроде бы пообещали решить этот вопрос. Общественной бани в нашем агрогородке действительно нет. Когда-то здесь поставили вагон-сауну электрическую, но цены там такие были, что народ этой услугой не пользовался. Впрочем, у кого нет собственной бани, может мыться в душевых на ферме. Пустующие дома потихоньку сносятся — в этом году пять уже снесли, еще несколько ждут своей очереди. Работа пойдет быстрее, если появятся дополнительные средства.   — Наша деревня как памятник. В 1943-м вся траншеями перекопана была. Домов целых почти не осталось: одни сгорели во время боев, другие немцы намеренно жгли при отступлении, — рассказывают местные жители. Но больше всего короватичцы пострадали даже не от немцев, а от мадьяров. Венгры зверствовали с особой цинично­стью: сдирали кожу с живых людей, после чего их тела, превратившиеся в одну сплошную рану, засыпали солью. — В память о трагических и героических событиях войны директор Залесский создал в школе музей, — вспоминают сельчане. — Каждый год в День Победы его посещали освободители Короватичей. Бывали они и на братской могиле павших советских воинов. По словам Анатолия Михалко, сейчас этот монумент в полном запустении. Однако на момент нашего приезда памятник был в ухоженном состоянии — расчищенный от листьев, с тремя венками от местного колхоза. Правда, этого Анатолию Петровичу кажется мало. Он настаивает, чтобы и забор вокруг кладбища (в центре которого стоит монумент — прим. автора) поправили, и дорогу к нему заасфальтировали. Понять его можно: в далеком 1957 году выпускник школы Михалко вместе с одноклассниками переносил останки павших бойцов как раз в эту братскую могилу.

Вместо бани корыто

Куда более удручающее впечатление в агрогородке Короватичи производят бесхозные дома. По улицам Бореева и Советской количество брошенных подворий может доходить до 3 — 5 подряд. Огороды там заросли сорняками, в некоторых местах бурьян вымахал в человеческий рост. — Когда летом стояла невыносимая жара, я ночами спать не мог — дежурил. Вокруг моего дома в основном одни пустые полуразвалившиеся хаты, во дворах — сухостой. Если б вдруг кто спичку кинул рядом или окурок, вся деревня сгорела бы за 20 минут, — возмущается один из мест­ных жителей. — Пожары бы начались как в России. Удивляются короватичцы, почему местный СПК не особо интересуется пустующей землей. Говорят, испокон веков люди ставили дома на самых плодородных участках, значит, и теперь, если бы сельсовет и колхоз по-хозяйски распорядились этими площадями, можно было бы получать высокие урожаи. А траву просто бы скосили и отдали на корм скоту. — Наш бывший председатель колхоза Николай Николаевич Коваль много хорошего сделал для Короватичей. Кое-что делается и сейчас. Асфальтируются улицы, отремонтированы клуб, сельсовет, КБО, — рассказывает сельчанка. — Но вот баню давным-давно закрыли. Кто побогаче да посильнее, собственную поставил. А у нас, стариков, на это уже ни сил, ни денег нет. Моемся в корыте. Нет в деревне и мельницы с пилорамой. Говорят, они есть в пяти километрах — в соседней деревушке Красная Дуброва, где расположена контора СПК “XXI съезд КПСС”. Свозить туда мешок зерна, чтобы обмолотить, или бревно на распилку многим старикам не под силу. Хорошо, сейчас некоторые люди в Короватичах сделали себе мини-мельницы, теперь можно по­просить помощи у них. В Красной Дуброве построили детский сад, новые домики для специалистов и молодых семей, давным-давно подключили газ. Короватичцам же голубое топливо предложили провести сейчас за свой счет. Поэтому, конечно, им обидно, что их некогда огромная деревня постепенно умирает, а бывший хутор, расположенный в пяти километрах от автотрассы, медленно, но верно “перетягивает одеяло на себя”. С другой стороны, жители Красной Дубровы, скорее всего, имеют на этот счет противоположное мнение… Жалуются в Короватичах и на то, что по вечерам практически вся деревня утопает в темноте. Освещается только улица Шоссейная. Хотя столбы с фонарями стоят и на других улицах (недавно там провели новую линию электропередач). — Если бы начальство из Речицкого райисполкома к нам приехало, может быть, оно и навело здесь порядок, — полагают сельчане. — А так вряд ли что-то изменится.

Всё вокруг “ничейное”?

Молодежь в деревне не задерживается. Работа есть в основном в колхозе, но платят там немного. Зимой, хоть и с трудом, можно подработать кочегаром или сторожем, но и за это много не получишь. Так что одни устраиваются в СПК “Оборона страны” в соседней Переволоке — говорят, там зарплата выше, поэтому и молодежь остается, обосновывается в родных местах. Другие выживают за счет огорода, выращивают овощи. Некоторые держат скот. Правда, с этим тоже есть проблемы. Мало того, что пастбище захудалое, так еще и вместо водопоя, по словам местных жителей, — лужа с грязью. Разве может корова такую воду пить? А ведь старики еще помнят те времена, когда люди в деревне держали много всякой живности — свиней, кур, уток, гусей, коров и даже овец. Куда все подевалось? — Ну а сами-то порядок разве навести не можете? Тот же бурьян скосить? — спрашиваю у сельчан. — Годов под 80, какая уже работа? У себя во дворе что можем делаем, стараемся, чтобы дом аккуратно выглядел. А где “ничейное” — власть должна помочь.