С войной покончили мы...

Только спустя 65 лет жительница Рогачева узнала место захоронения своего дяди, пропавшего без вести в 1941 году.
Имя Франца Массера стало известно широкой общественности нашей страны после того, как он и его немецкие коллеги были приглашены в Беларусь в качестве независимых наблюдателей за ходом президентских выборов. С того времени, начиная с поставок экологически чистых продуктов питания для детей из районов Гомельщины и Могилевщины, пострадавших от катастрофы на Чернобыльской АЭС, Франц Массер стал приезжать в нашу страну с гуманитарной миссией. Одновременно с разрешения белорусского государства он занимался поиском и восстановлением захоронений соотечественников, погибших на территории нашей страны во время Второй мировой войны.
Во время одного из последних посещений Беларуси Франц Массер побывал в редакции “ГП”. Тогда в беседе с журналистом он рассказал, что его тесное сотрудничество с нашей страной началось с того момента, как гражданка Германии фрау Онк обратилась в Рогачевский райисполком с просьбой найти на территории Беларуси захоронение ее брата Хайнриха Утхофа, погибшего во время Второй мировой войны. Место захоронения на территории района удалось установить при помощи архивных данных и воспоминаний местных жителей. Таким образом семья Онк, спустя десятки лет после войны, смогла посетить место, где покоится прах их родственника. Когда в Германии узнали об этом, в адрес Массера начали поступать аналогичные просьбы и от других немецких граждан, чьи родственники погибли на территории Беларуси.
Так, возле деревни Ходосовичи Рогачевского района при поддержке белорусских властей за счет личных сбережений Массера были восстановлены захоронения немецких солдат. Кстати, с войной у Франца Массера собственные счеты. Она отняла у него двоих братьев, один из которых погиб в 19 лет под Оршей. Одновременно Франц Массер занимался увековечением памяти павших на территории Германии граждан бывшего СССР.
“Не вернулись домой из плена” — так называлась небольшая статья, опубликованная в феврале нынешнего года на страницах рогачевской районной газеты “Свабоднае слова”. Среди прочих имен земляков, погибших в плену в Германии, жительница Рогачева Людмила Лисовская с удивлением увидела фамилию своего дяди, рядового Владимира Станиславовича Плиско, без вести пропавшего в первые дни войны. Женщина вспомнила, как ее бабушка на протяжении многих лет пыталась узнать судьбу своего сына, не вернувшегося с войны. Но на все ее запросы был один ответ — “пропал без вести”. Как-то в частной беседе с председателем правления рогачевского городского благотворительного общественного объединения “Память” Ольгой Шаповаловой Людмила Леонидовна попросила отыскать в Германии место захоронения ее дяди. А та в свою очередь переадресовала
просьбу белоруски председателю немецкой общественной организации “Рабочее объединение “Беларусь-интернэшнл” (Arbeitsgemeinschaft “Belarus-International”) Францу Массеру. Именно благодаря ему вскоре на имя Людмилы Лисовской пришло письмо, в котором сообщалось, что “…рядовой Плиско В. С. 25.04.1920 г. р., до призыва на воинскую службу проживавший по адресу: г. Рогачев, ул. Рабочая 1/12, пленен в г. Волковыске. Содержался в немецком лагере военнопленных № 326 (шталаг VI K) для рядового и сержантского состава (Германия, земля Северный Рейн-Вестфалия, округ Минден, район Падеборн, место Эзельгайдэ на территории общины Штукенброк). Идентификационный номер жетона 9004. Погиб в плену 22.12.1941 года. По информации Центрального архива МО РФ похоронен в могиле № 1766 на кладбище военнопленных в н. п. Форелькруг/Зенне (Штукенброк)”.
Таким образом стало известно, что прах рядового Плиско находится на немецком кладбище среди 65000 советских солдат, погибших в плену. А вскоре, в очередной раз прибыв на белорусскую землю, Франц Массер вручил Людмиле Лисовской фотодокументы о захоронениях русских солдат в Германии.
“Я очень тронута произошедшим, — поделилась Людмила Лисовская. — И очень благодарна Францу Массеру за то, что он и его коллеги помогли узнать, что произошло с моим дядей. Ведь “пропал без вести” — это своеобразное жизненное многоточие. А сейчас в этой истории поставлена точка”.