1 декабря — Всемирный день борьбы со СПИДом

Сегодня — Всемирный день борьбы со СПИДом. Противостоять невидимому врагу трудно. Еще сложнее, когда неожиданно осознаешь, что поле боя — твой организм. О том, можно ли заключить перемирие с вирусом и жить, как обычный человек, обладая статусом ВИЧ-позитивного, рассказала «ГП» Наталья. Каждый день как последний Меня убедили в том, что я умру. Через год, два, три — готовься. А мне тогда было всего 17 лет. Серьезно занималась спортом, жила уверенно, как и все мои сверстники. Я входила в число первых 50 ВИЧ-позитивных, зарегистрированных в республике. В 1996 году в основном были инфицированы наркозависимые люди. В то время анализ на ВИЧ брали у всех, кто попадал в больницу. Вот так случайно и у меня выявили вирус, когда лечила ангину в стационаре. Узнав о своем диагнозе на последнем курсе, дальше учиться не по­шла. Кто ж тратит последние годы жизни на зубрежку? Первое время жила одним днем. Стала бережнее относиться к близким, друзьям, как будто видела их в последний раз. Позже я узнала, что парень, с которым встречалась, был ВИЧ-носителем. Но обижаться и злиться на него — это же глупо. Все равно никто ничего не изменит. Тогда врачи лишь фиксировали новых ВИЧ-носителей, вели статистику, и больше нами никто не интересовался. Если возникала проблема, например язва желудка, слышала от медиков: «При твоем основном заболевании это тебя не должно беспокоить». Вот так и ждала, что умру, а я все жила... Мне уже самой стало интересно, почему так? Но информация была однобокой. Кто-то решил: чтобы предупредить распространение ВИЧ, людей нужно напугать. Помните первые плакаты и лозунги: СПИД — это смерть. Не зная всей правды, общество поставило клеймо: ВИЧ — следст­вие аморального образа жизни. Сформировалось пренебрежение к носителям вируса. Кто-то и сейчас считает, что носителя ВИЧ можно определить по внешнему виду. Но я хожу по городу, езжу в транспорте, и никто не думает, что со мной что-то не так. А если бы я в том же автобусе сказала, что у меня ВИЧ?.. Понять болезнь — принять себя Позже я познакомилась с молодым человеком, у которого тоже был ВИЧ. Мы расписались, обвенчались. Но спустя пару лет муж умер от онкологического заболевания, которое врачи отказались лечить из-за его статуса. Похоронив супруга, я стала конкретно интересоваться диагностикой и лечением, без которого жила по сути 10 лет. Наладила отношения с гомельскими врачами-инфекционистами, побывала на многих семинарах. Тогда уже появилась первая ретровирусная терапия. И когда стала понимать сущность болезни, свой организм, что можно с этим делать, тогда я себя приняла. Волей-неволей стала отзываться и на чужую боль. Вошла в Белорусское сообщество людей, живущих с ВИЧ, стала координатором инициативной группы взаимопомощи. Обучившись, получила сертификаты консультанта, стараюсь поддержать тех, кто только узнал о диагнозе и остро реагирует на него. Однако самоубийц из числа ВИЧ-позитивных, поверьте мне, очень мало. Как бы странно это ни звучало, тем, кто заразился одним из первых, повезло. Мы получили менее мутированный вирус. Нынешний же прошел много стадий, унаследовав часть ДНК от предыдущих «хозяев». Сегодня заразившийся вместе с вирусом может получить и резистентность — невосприимчивость к препаратам. Схемы лечения для него могут не работать. Сегодня современная молодежь интересуется, как избежать заражения. А вот те, кому за 35, твердо убеждены, что ВИЧ их не коснется, и проявляют беспечность. Анонимное обследование на ВИЧ — бесплатное. Не многие знают, что в течение 48 часов можно воспользоваться экстренной помощью. Всякое бывает. Если выяснилось, что партнер ВИЧ-носитель, нужно обратиться в инфекционную больницу. Врачи дадут препараты, которые блокируют вирус, снижают риск заболеть. Доверяй, но заверяй Многие в порыве чувств говорят: «Да, я тебя люблю и доверяю». Но это — не вариант на сегодня. Моя подруга, начиная серьезные отношения с парнем, сдала вместе с ним анализы. Знаю много примеров и дискордантных (разных) пар, где один из супругов инфицирован, а другой — нет. В одной из таких семей подрастают здоровенькие десятилетние близняшки. Меня в свое время отговорили рожать. А сегодня я завидую тем, кто риск­нул. Ну а почему бы и нет? Если мама адекватная, начала вовремя принимать препараты и в дальнейшем не кормит грудью, доля вероятности, что малыш получит ВИЧ, мизерная. Наши дискордантные пары, которые добровольно вступают в брак, по закону не защищены. Супруга могут привлечь к уголовной ответственности за то, что он подвергает риску заражения другого. Как говорится, доверяй и нотариально заверяй. Тритерапия против одного Безусловно, за 15 лет медицина очень продвинулась. Сегодня идет тесное общение медиков и ВИЧ-позитивных, многое можно найти в Интернете. Не надо прощаться с жизнью! Есть лечение, и оно реально работает. Сегодня пациентам назначают тритерапию (лечение несколькими препаратами). В результате вирус становится менее активным, у человека повышается иммунный статус. Но при этом остается риск передачи ВИЧ другому. Хотя проблем до сих пор много. В стране не делают анализ на резистентность. А без него нельзя определить, работают препараты или нет. Сегодня закупку лекарств в основном финансирует Глобальный фонд по борьбе со СПИДом, туберкулезом и малярией. Но если эта поддержка прекратится, Беларусь будет приобретать аналоги — менее качественные препараты. Так ты еще и смеешься? Одно время я заинтересовалась: насколько изменилось мнение и отношение людей к этому заболеванию. Зарегистрировалась на сайте знакомств, указала реальный ВИЧ-статус и разместила свое фото. Знаете, рейтинги посещения моей странички зашкаливали. У меня сложилось абсолютно нормальное общение. Многие интересовались: каково мне с ВИЧ-статусом? На тысячу, наверное, только один пытался меня пожалеть. Предлагали встречаться, звали замуж. Кто-то даже не скрывал, что хочет острых ощущений, рассчитывая на близкие отношения. Когда начиналось общение в реале, новые знакомые недоумевали: «Так ты не унываешь, а еще и смеешься?» Сейчас я живу обычной жизнью. Побывала во многих странах, встречалась с такими же людьми, делилась опытом. Мы собираемся своим кругом, отмечаем праздники, а с нами — наши друзья и родные. Я снова вышла замуж. Мой супруг также ВИЧ-позитивный. Кстати, он сам меня нашел: узнал телефон и позвонил.   У зла плохой характер Я свято верю, что лекарство от ВИЧ когда-нибудь изобретут. Ведь пенициллина раньше тоже не было. Идет разработка сыворотки, как вакцины против гриппа. Мы заинтересованы в ней не меньше, чем остальные. Поверьте, если человек и желает кому-то зла, то это не из-за ВИЧ-статуса — просто у него такой характер. Сегодня модно слово толерантность — терпимость. Мне же просто хочется, чтобы меня воспринимали как равную. Ведь о своем диагнозе вспоминаю, только когда обследуюсь, 1 декабря и в мае, в день памяти жертв СПИДа. А нашему обществу пора менять свои представления и не позволять стереотипам разрушать человеческие жизни. От случайности никто не застрахован. Признаюсь, ярлыки-страшилки про СПИД оставили след и в моем сознании, но, беседуя с Натальей, поняла: из всех вирусов самые коварные — незнание и страх.