По рублю и в школу не пойдем

На рынке наличной валюты пока без видимых перемен. Линия фронта по-прежнему проходит у окошек обменных пунк­тов. Она невидима, поскольку каждая очередь шифруется. В том смысле, что никакого столпотворения у валютных касс не наблюдается. Но это обманчивая тишина. Александр — предприниматель. Я познакомилась с ним у популярного банковского броневичка, ежедневно бросающего якорь рядом с Привокзальной площадью. С его слов, чтобы купить валюту, нужно простоять в очереди больше месяца. В ней, как правило, человек двести. А в день только пять-шесть граждан — в основном из числа приезжих, сдают валюту. — Лимит есть какой-то для желающих купить? — Да. Не более десяти тысяч российских рублей. — А если нужно больше? — Приходится вновь занимать очередь. — И опять ждать больше месяца? — Ну да… Судя по рассказу Александра, очереди у обменников — это своего рода братство. Сообщество людей, скованных одной целью — желанием приобрести валюту. Берут все подряд — евро, доллары, гривны. Но не свыше установленного очередью лимита. Чаще всего меняют российские рубли. Правда, огорчается Александр, не очень много. Ведь сдают, как правило, мелочь, когда не хватает денег на покупки. Россияне уже приезжают с нашими “зайчиками”. На таможне, пояснил мой визави, на российской стороне всегда можно найти людей, из-под полы охотно конвертирующих одни рубли в другие. — Александр, вот вы говорите, что в вашем случае в очереди за валютой стоят чуть ли не двести человек. Что-то я их не вижу. Они где-то прячутся? — Нет. У обменника всегда дежурят двое-трое — те, чья очередь совсем близко. Остальные регулярно подходят, отмечаются. — Понятно: кто за кем стоит, а также кто и сколько валюты взял — это все записывается и контролируется добровольцами из числа заинтересованных лиц. Ну, а как я, допустим, смогу узнать, что моя очередь уже подошла? — При помощи мобильной связи. Звоним друг другу, предупреждаем. А когда очередь уже совсем близко, прямо у обменника и ночуем. — Вы это серьезно? — Конечно. Мало ли что. Мы-то все друг друга знаем. Но с утра пораньше может подойти кто-то посторонний и сказать, что он здесь первый. Зачем нам недоразумения? Вряд ли здесь нужны какие-то комментарии. Для человека работающего, не имеющего возможности дни и ночи проводить у валютных касс, купить валюту практически нереально. Вроде бы и ладно, можно и подождать до лучших времен… Но что делать, когда на тебе висит валютный кредит и банк для его погашения требует только валюту? В частности, именно в таком положении сегодня оказались те клиенты “Приорбанка”, чей основной долг в эквиваленте не превышает полутора миллионов белорусских рублей. Остальным банк предлагает операцию по рефинансированию — переводу валютного долга в рублевый. Тема погашения валютных кредитов сегодня у всех на слуху, поэтому попутно я решила выяснить, как обстоят дела в других банках, достаточно активно занимавшихся валютным кредитованием. В “Белросбанке” вежливо уклонились от прямого ответа на вопрос, каким образом сегодня погашаются валютные кредиты, сообщив, что всё пока в процессе обсуждения. Хотя, зайдя на банковский сайт, каждый желающий может узнать, что до сентября по кредитам в иностранной валюте “Белросбанком” предоставляется отсрочка погашения основного долга. Проценты в этом случае оплачиваются в белорусских рублях по существующему обменному курсу. По такому же курсу (Нацбанк + 2%) принимаются плановые платежи и в “Белинвестбанке”. А вот досрочное погашение кредитов — только в валюте. Поэтому для тех, кто хотел бы поскорее рассчитаться с банком, вопрос — а где ж ее взять — и здесь актуален. Как говорит начальник гомельского управления банка “Москва — Минск” Владимир Довидович, теоретически, если постоять у валютной кассы часа четыре, то небольшую сумму в СКВ приобрести можно. Острота проблемы, по его мнению, в другом. — Кое-кто уже в пять утра занимает очередь и может стоять у кассы целый день. Причем и на другой день эти люди приходят опять. Поэтому наша служба безопасности, когда видит одни и те же лица, проверяет паспорта. Есть у нас подозрение, что это просто мелкие спекулянты. — У вас курс покупки ниже, чем в других банках. Неужели по нему кто-то что-то сдает? — Конечно. Но это не граждане Республики Беларусь. А маржа (разница между курсами покупки и продажи — прим. авт.) у нас несколько больше по одной простой причине — суммы в среднем сдаются небольшие и банку нужно как-то оправдывать свой интерес. — Что в основном сдают? — Российские рубли. — А за российские рубли можно купить другую валюту? — Да. В сезон отпусков мы и гривну в доллар конвертировали. В банке “Москва — Минск”, как удалось выяснить, ситуация с погашением валютных кредитов обстоит следующим образом: или в СКВ, или по курсу 6 500 белорусских рублей за один американский доллар. Есть и еще один вариант — рефинансирование со ставкой в 40% годовых. — Насколько охотно ваши клиенты соглашаются на рефинансирование? — Охотно. Во-первых, снимается проблема покупки валюты. А во-вторых, исчезают и будущие валютные риски, в том случае, если вдруг произойдет девальвация. Банк берет эти риски на себя. Клиенты “Белагропромбанка”, также активно занимавшегося валютным кредитованием, при желании могли пройти процедуру рефинансирования в прошлом году. Сегодня эта тема закрыта. Зато погашение — в белорусских рублях. И по существующему обменному курсу, уточнил начальник гомельского област­ного управления “Белагропромбанка” Дмитрий Высоцкий. — А за границей можно прибрести валюту по кредиткам, эмитированным вашим банком? — Да, если это Visa Gold или Visa Classic, причем эмитированные или переоформленные до 21 июля. По ним можно снимать до пятидесяти долларов в сутки. Параллельно можно производить безналичный расчет — в этих же пределах. — А что с Visa Eleсtron? — Эти карточки для снятия валюты временно заблокированы. — Так уж и временно? — Разумеется. Как только появится возможность наполнять банкоматы валютой, мы их сразу же разблокируем…