Ночь. Улица. Стена треть века

В истории разделенной Германии есть немало трагических страниц. О них немцы помнят очень хорошо.

Чарли, о котором знает весь мир
Одно из самых посещаемых мест в Берлине — контрольно-пропуск­ной пункт “Чекпойнт Чарли”. Он находится в самом центре немецкой столицы и теперь представляет собой музей.
Наш экскурсовод Райнер Шуберт — сам в прошлом диссидент. Проживая в ФРГ, он помогал гражданам ГДР бежать на Запад. И делал это настолько успешно, что агенты “Штази” не поленились выследить его в ФРГ и перевезти в “социалистический рай”. Конечно, не для того, чтобы дать ему им насладиться, а чтобы судить. Шуберт был приговорен к 15 годам лишения свободы, 9 из которых реально отбыл в гэдээров­ской тюрьме.
— Многие сегодня не совсем понимают, зачем нужно было правительству во главе с Вальтером Ульбрихтом строить Берлинскую стену. Но ведь за 12 лет, прошедших с 1949 года, из ГДР бежали в ФРГ более 2,5 миллиона человек, — рассказали в музее Стены, как еще называют “Чекпойнт Чарли”. — Руководство восточной Германии и СССР осознало, что людей остановить можно только с помощью физической преграды. Поэтому 13 августа 1961 года всего за одну ночь солдаты армии ГДР возвели почти 160-километровую стену.
Тот, кто не успел бежать до этого дня, опоздал почти на три десятилетия. Наутро всякое сообщение между двумя частями огромного города было прервано. Изумленные жители увидели баррикады и колючую проволоку. Чуть позже вместо этого появилась куда более сложная система сооружений — бетонная стена, самострелы, контрольно-следовая полоса, сигнальные датчики, прожекторы, мины, часовые будки. Вдобавок территорию патрулировали собаки, а у пограничников был прямой приказ стрелять в перебежчиков на поражение. Сегодня этот комплекс в Берлине можно увидеть только в районе Бернауерштрассе, где находится соответствующий мемориал и сохранилась часть пограничных сооружений.

КПП “Чекпойнт Чарли” получил свое название не благодаря какому-то солдату по имени Чарли, как думают многие, а просто потому, что американцы называли свои пропускные пункты по алфавиту. Например, КПП А назывался Альфа, B — Браво (Bravo), а С — Чарли (Charlie).

Тысячи голосовали ногами

Одиночная камера в бывшей тюрьме ГДР

Стена казалась неприступной, но “голосование ногами” не смогла остановить даже она. Граждане стали рыть подкопы. Подземный тоннель мог начинаться в доме на территории ГДР, а заканчиваться по другую сторону “железного занавеса”. Также людей перевозили в багажниках западногерманских автомобилей, в том числе и с дипломатическими номерами.
Однако далеко не все побеги складывались успешно. Историкам известно, что при попытке попасть из Берлина в Берлин погибло около тысячи человек. К тому же, инженерная мысль гэдээровских пограничников ни на секунду не переставала работать в направлении усиления контроля. Разрабатывались новые виды самострелов, ловушек, мин, заграждений.
Тем не менее тысячи восточногерманских немцев испытывали свою удачу и пробовали вырваться из “социалистического рая”. Если же это не удавалось, обратная дорога для них была только одна — в Хоэншёнхаузен.

Дурное воспитание
Сейчас бывшая тюрьма Штази — это мемориал. Само здание производит мрачноватое впечатление. Его внутреннее содержание воспринимается не менее тягостно. Экскурсовод — историк по образованию — показывает нам камеры для содержания заключенных. В основном они крохотные, с очень маленькими окошками где-то под потолком. Условия далеки от комфортных, но некоторые “кельи” и вовсе поражают. Они оснащены специальными устройствами, в которые помещали человека, а сверху мерно капали на него водой. Были и “воспитательные меры” попроще: заключенного заставляли круглосуточно стоять в камере, не разрешая ни сидеть, ни лежать, ни тем более спать.
На одном из этажей бывшей тюрьмы есть несколько стендов, рассказывающих о наиболее извест­ных ученых, философах, деятелях культуры и политиках, которые в разные годы были узниками Хоэншёнхаузена.
— Редко кто из немцев не роняет слез, побывав здесь, — прокомментировал экскурсовод. 

Хлебный кафель

Управляющий печной фабрикой Рольф Шмидт

Одно из самых ярких впечатлений во время моего пребывания в Германии оставила печная фабрика в Вельтене. Этот город славится традициями в области изготовления кафеля и изразцов, а также прекрасным музеем, посвященным печному делу. Но поразило меня другое — знакомство с хозяином завода Рольфом Шмидтом и уникальной историей его семьи.
Фирму по производству печей основал прадед нынешнего владельца Август Шмидт. Его имя навсегда останется в истории фабрики, а точнее, в ее названии — “А. Шмидт, Леманн и партнеры”.
— Секрет успеха нашего семейного предприятия — в трудолюбии. Мы работаем, не считаясь со временем, ведь от результатов этого бизнеса непосредственно зависит материальное благополучие семьи, — рассказал Рольф Шмидт. — Никто не заинтересован в процветании завода так, как мы. Это наш хлеб.
Представители династии Шмидтов единолично управляли фабрикой вплоть до 1958 года, когда социалистическое правительство решило, что государство будет входить в состав руководства частных предприятий. Иными словами, у семьи отобрали половину собственности, но отец Рольфа Конрад все-таки остался во главе фирмы. Так было до 1972 года, пока в ГДР не объявили, что отныне частной собственности в стране не существует. Завод Шмидтов был обращен в доход государства и сменил название на Народное предприятие печного кафеля и керамики.
— И только в 1989 году, когда произошли изменения, которые коснулись половины всей земли, — пала Берлинская стена, у нас появилась надежда вернуть свой бизнес, — рассказал Рольф Шмидт. — В 1992 году мы подали прошение о возврате предприятия. И новое правительство пошло навстречу.
Собственность вернулась к законным хозяевам, и они восстановили прежнее название — “А. Шмидт, Леманн и партнеры”. Сегодня со­владельцами фирмы являются сам Рольф, его жена, а также сестра с мужем. Но, несмотря на стабильную политическую ситуацию в стране, семейное предприятие с более чем вековой историей может вновь оказаться в чужих руках. У Шмидтов практически нет наследников. Единственная молодая представительница династии — племянница Рольфа — не хочет продолжать семейное дело и вникать в тонкости печного производства. А вникать там и в самом деле есть во что — фабрика Шмидтов сегодня занимается изготовлением элитного кафеля и керамики. Продукция завода недавно была использована для отделки резиденции федерального президента Германии.

Гомель — Берлин — Гомель