И не залечит время…
- 1529
Поделиться
Всё меньше остается живых свидетелей холокоста. 87-летняя Белла Борисовна Кустанович-Гутман, жительница Петрикова, — одна из них.В первые дни войны Белла Борисовна была мобилизована и работала в полевом эвакогоспитале операционной медсестрой. После тяжелой болезни работала диетсестрой, прошла путь от Беларуси до города Брно в Чехословакии. — Большинство родных я потеряла в годы войны в Петрикове, — рассказывает Белла Борисовна.— О их судьбе так ничего и не узнала. Но о родственниках из деревни Скрыгалов знаю, что их предал сосед-полицай. Он привел в дом оккупантов, и те жестоко расправились со всеми. Самую нечеловеческую смерть приняла малолетняя Леночка (моя двоюродная сестра). Фашист ударил ее
Всё меньше остается живых свидетелей холокоста. 87-летняя Белла Борисовна Кустанович-Гутман, жительница Петрикова, — одна из них.
В первые дни войны Белла Борисовна была мобилизована и работала в полевом эвакогоспитале операционной медсестрой. После тяжелой болезни работала диетсестрой, прошла путь от Беларуси до города Брно в Чехословакии.
— Большинство родных я потеряла в годы войны в Петрикове, — рассказывает Белла Борисовна.— О их судьбе так ничего и не узнала. Но о родственниках из деревни Скрыгалов знаю, что их предал сосед-полицай. Он привел в дом оккупантов, и те жестоко расправились со всеми. Самую нечеловеческую смерть приняла малолетняя Леночка (моя двоюродная сестра). Фашист ударил ее головой о стенку.
Пообщавшись с Беллой Борисовной, я поняла сердцем, что такое холокост. Женщина процитировала мне одну из публикаций: “Это состояние человека, приговоренного к смерти без вины и без надежды на помилование. Это голод, но не тот, когда просто очень хочется есть, а тот, когда в голове ни одной мысли, кроме как о еде. Это холод… — зловещее дыхание смерти, заползающее под твою ветхую одежонку, и ты понимаешь, что если не укроешься от него сейчас, немедленно, то тебе крышка. И ты готов пойти на смерть, если перед этим дадут согреться…”
Татьяна БОБЕР,
студентка Института журналистики БГУ
В первые дни войны Белла Борисовна была мобилизована и работала в полевом эвакогоспитале операционной медсестрой. После тяжелой болезни работала диетсестрой, прошла путь от Беларуси до города Брно в Чехословакии.
— Большинство родных я потеряла в годы войны в Петрикове, — рассказывает Белла Борисовна.— О их судьбе так ничего и не узнала. Но о родственниках из деревни Скрыгалов знаю, что их предал сосед-полицай. Он привел в дом оккупантов, и те жестоко расправились со всеми. Самую нечеловеческую смерть приняла малолетняя Леночка (моя двоюродная сестра). Фашист ударил ее головой о стенку.
Пообщавшись с Беллой Борисовной, я поняла сердцем, что такое холокост. Женщина процитировала мне одну из публикаций: “Это состояние человека, приговоренного к смерти без вины и без надежды на помилование. Это голод, но не тот, когда просто очень хочется есть, а тот, когда в голове ни одной мысли, кроме как о еде. Это холод… — зловещее дыхание смерти, заползающее под твою ветхую одежонку, и ты понимаешь, что если не укроешься от него сейчас, немедленно, то тебе крышка. И ты готов пойти на смерть, если перед этим дадут согреться…”
Татьяна БОБЕР,
студентка Института журналистики БГУ
Реклама
