ТЯЖБА, или Земельный конфликт длиною в 15 лет

Многолетний спор из-за границ земельного участка вызвал вражду между соседями, которая отравила жизнь двум семьям и материализовалась в огромный железобетонный забор. Сейчас он разделяет смежные соседские участки, крепостной стеной уткнувшись в угол хаты. По этой причине она разрушается... Но найти управу на бесцеремонного соседа не удается. Почему?
Все чаще убеждаюсь в своем давнем, еще детском открытии: деревенские дома невероятным образом похожи на своих хозяев. Вот этот стоит крепко на земле, бесстрашно взирая на мир своими широкими окнами, и никакие ветра потрясений ему не страшны. Как и его хозяину. А на углу улицы, рядом почти, сиротливо приткнулась убогая хатка, словно извиняясь за сам факт своего существования. Хозяйка ее, 83-летняя бабушка, с трудом ковыляет по жизни… Впрочем, между людскими судьбами и строениями можно находить и другие, более глубинные схожести. Но речь сейчас не об этом, хотя почему-то такие аллегории поневоле остались в сердце после командировки в Речицу.

Как все начиналось
Сюда, на улицу Речную, меня привел многолетний спор по поводу границ смежных земельных участков двух хозяев — Рылика и Воронина. Точнее, длительная и запутанная тяжба. За пятнадцать лет у одной и второй сторон накопились горы бумаг и документов, которые с трудом помещаются в хозяйственных сумках. Наверное, эта пыльная макулатура порядком надоела и самим хозяевам. Но к пожелтевшим от времени бумагам, расчетам и чертежам периодически добавляются новые — вражда продолжается по сей день, и в очередные разбирательства втянуты новые комиссии и службы.
Конечно, за эти годы местные власти не раз пытались примирить враждующие стороны и разрешить их спор. Принимались решения о прекращении переписки с неуживчивыми соседями. Война на какое-то время приостанавливалась, “боевые действия” прерывались. Но не для того, чтобы спокойно осмыслить происходящее, разобраться и поставить наконец точку в затянувшемся конфликте. К сожалению, такие тайм-ауты используются только для того, чтобы набраться сил для новых сражений и найти зацепки для доказательства своей правды. Словом, все опять по кругу. Вот и недавно в очередное разбирательство оказались втянутыми милиция, прокуратура, санитарная служба, горгаз и другие службы. Впрочем обо всем по порядку.


Из искры возгорелось пламя
Вернувшись с фронта, сразу после войны, эту маленькую еврейскую хатку на косогоре улицы Речной купил тесть Рылика. Сколько тогда было радости! И хотя большое семейство ютилось в тесноте и перебивалось с хлеба на воду, нашлось здесь место и зятю-примаку Михаилу Рылику. Поэтому спустя время пришлось делать пристройку к хате — небольшую спальню. Соседи жили между собой дружно, собирались вместе по праздникам. На меже стояли тогда обычные деревянные столбики. Никто и не предполагал, что придется воевать из-за куска земли, что конфликт этот превратит соседей в заклятых врагов. Не было претензий у Ворониных к Рыликам и после появления пристройки, которая была зарегистрирована в 1968 году. Тогда, по утверждению Михаила Рылика, до соседского забора оставалось около двух метров. Но это расстояние сантиметрами не мерили — не было такой необходимости.
Сегодня вряд ли стоит ворошить тот давний скандал, вспыхнувший в 1994 году из-за колодца, но каждый вынес острое чувство обиды и собственной правоты. С того случая словно черная кошка пробежала между соседями. Поэтому, когда проводилась приватизация земельных участков и начались споры из-за межи, никто не захотел уступить. Зато за 15 лет тяжбы Воронин несколько раз переделывал свой забор, каждый раз его укрупняя и подвигая к рыликовской хате. Резонно, что ее хозяин как умел взывал к справедливости, обращаясь в районные прокуратуру и суд, другие инстанции. Сколько за это время побывало здесь комиссий и проверок — не сосчитать. Не раз велись съемки смежных земельных участков, сверялись границы, сотрудники института “Гомельгипрозем” делали расчеты, заседали суды. Но дело, похоже, все больше запутывалось. И зашло в тупик.

Покой нам только снится?
“В 1995 году мой сын, на которого был оформлен дом, приватизировал земельный участок. Несколько позже сделали это и Воронины. Получили мы госакты о праве собственности на землю. Но при их оформлении работниками землеустроительной и бывшей службы БТИ была сделана ошибка, о которой я узнал позже”, — начинает издалека Михаил Аврамович Рылик.
Судите сами. Общая граница (то есть смежная) земельных участков Рылика и Воронина должна быть одинаковой. Но в госактах она почему-то оказалась разной.
“В нашем акте межа с изгибом и расстоянием от угла дома где-то около метра (точнее 70 сантиметров). То есть еще оставалось место для прохода возле пристройки для обслуживания дома”, — уточняет Михаил Рылик. Но в акте Ворониных изгиб оказался исправленным на прямую линию. Вот этот образовавшийся клочок земли — треугольник между изгибом и прямой — по ошибке оказался включенным в два акта. Как быть? Воронины, конечно, подают в суд, чтобы отнять эти 70 сантиметров у Рылика. Суд отказывает в иске: только землеустроители имеют право исправить свою ошибку.
Между прочим, на том суде работник отдела землеустройства и земельных ресурсов признал: землеустроителями была допущена ошибка, часть огорода оказалась в собственности двух землепользователей, требуется пересмотр границ и внесение изменений в госакты. Но никто этого не сделал, что и послужило поводом для бесконечного спора, уверен Владимир Кожевников, бывший начальник Речицкого архитектурно-строительного отдела института “Гомельгражданпроект”. Поэтому многолетняя тяжба, обрастающая с каждым годом все новыми деталями, — только ее следствие.
А тогда, когда первая попытка отнять у Рылика клочок земли Ворониным не удалась, они нашли другой путь: подали в суд иск о признании недействительным акта Рылика, так как дом с огородом был оформлен на их сына Сергея, который в то время уже имел российское гражданство (сейчас офицер во Владивостоке). Решением районного суда государственный акт на землю Рылика признается недействительным и отменяется. Но часть их участка в это время остается в собственности Ворониных! (Их акт ведь не отменен.) Тогда и Рылики обращаются в суд с просьбой о признании соседского акта недействительным — ввиду допущенных ошибок землеустроителями. Суд в иске отказывает: это дело землеустроителей. Но бывшие работники этой службы, как утверждает Михаил Рылик, чтобы не признавать свою ошибку и уйти от ответственности, еще более запутывают дело...
В итоге в 2003 году согласно решению суда Воронины смещают границу в сторону хаты Рылика, расширяя свой огород. Новый забор почти упирается в угол рыликовской пристойки. Более того, решением суда Рылик обязывается обеспечить… сохранность забора Ворониных! То есть чтобы вода на него не капала, Михаилу Аврамовичу пришлось отпилить кусок собственной крыши. Никого не смутило, что из-за такого “обрезания” стала затекать стена пристройки и разрушаться дом. Сейчас в нем сыро, нехитрые пожитки тронуты плесенью. Ее запах не в силах перебить даже тяжкий дух старости. Кстати, местная санстанция несколько лет назад провела лабораторные замеры в доме Рылика и вынесла заключение: уровень относительной влажности и освещенности не соответствует нормам. А ведь у Рыликов дочь, инвалид I группы. Понятно, что ее пожилым и больным родителям хотелось бы создать более комфорт-
ные условия…

Аппетит, который приходит во время еды
Кое-как справившись с обидой, Рылики как законопослушные граждане тогда подчинились и выполнили решение суда. Думаете, на этом конфликт был исчерпан? Весной прошлого года Воронин опять затеял укреплять свои позиции, расстраивая забор вверх и в ширину. В результате на основательную кирпичную кладку, положенную на фундамент из металлических труб, были вцементированы глухие железобетонные плиты. Воздвигая почти трехметровую “китайскую стену”, которая безнадежно закрыла свет и проход для обслуживания рыликовского дома, Воронину пришлось даже залезть на крышу соседского дома, чтобы сорвать шифер и рубероид. Потому что, как выяснилось, те мешали установке гигантского забора.
Конечно, не обошлось без вмешательства милиции. Но Воронин, по словам Рылика, все-таки обрезал балки, стропила и карниз пристройки. За что, впрочем, и поплатился — решением суда ему пришлось уплатить более миллиона рублей штрафа.
Рыликам-то от этого не легче — крыша до сих пор не восстановлена. Сделать это самостоятельно 80-летнему Михаилу Аврамовичу не под силу. Старик опять ходит по инстанциям. Все признают, что нарушены права на пользование домом и приусадебным участком, но ничего не меняется.
“Любовалась” и я забором, вымахавшим выше крыши. Между прочим, по нормам разрешается ставить ограждение не выше 1,7 метра. Из сетки или штакетника. А здесь вплотную к стене дома выросло мощное оградительное сооружение под добрых три метра. Специалисты отдела архитектуры и строительства Речицкого райисполкома сделали заключение, что такая “китайская стена” может в любое время завалиться на рыликовскую хату и приусадебный участок. В связи с угрозой обрушения подпорной стенки Воронину вынесено срочное предписание демонтировать ограждение из железобетонных панелей. Высота забора, согласно нормативам, не должна превышать 1,7 метра, должна быть соблюдена и степень его светопрозрачности. То есть глухие плиты надо заменить на штакетник или сетку. Был назван и срок демонтажа — 25 октября 2009 года. Но забор и сейчас на месте. Более того, он препятствует доступу для обслуживания газопровода — по фасаду дома идет газовая труба.

Трудная профессия — остаться человеком
У Ворониных своя точка зрения на предмет спора. Свои обвинения они начинают с конца 60-х, когда Рылик не спросил разрешения на строительство своей пристройки. “Надо было при этом отступись от межи три метра. Тогда бы его крыша и не нависла над нашим забором!” — сразу переходит в наступление хозяин дома Леонид Воронин. Мое замечание о том, что и сам он в свое время поставил свой сарай почти рядом с огородом Рылика, остается неуслышанным. Воронин привычно достает полиэтиленовый пакет с документами. Тяжело вздыхая, подчеркивает, что все суды были на его стороне. Поэтому Рылику и неймется… Чтобы в очередной раз не выслушивать сюжет многолетней тяжбы, задаю Леониду Павловичу резонный вопрос. Как бы он поступил, если его хату подпер рыликовский забор?
А заодно и зацепил крышу. Мой собеседник и не думает входить в чье-то положение. Ему болит свое: забор где стоит — там и останется стоять!
Срываясь на крик, отца яростно поддерживает и сын. Обжигает металл, который звучит в их голосах. Чувствуется, что земельный конфликт, который породил всю эту неразбериху, им также надоел и выводит, мягко говоря, из равновесия. После выслушанного потока обвинений в адрес Рылика выкладываю Ворониным свой главный козырь: если так надоело судиться, то почему нельзя договориться с Рыликом мирно, то есть по-людски? Ведь предлагал им сосед кусок земли в другом месте, чтобы отнести злополучный забор от его хаты. Чем не простое решение сложного вопроса?
Воронины наотрез отказываются от такого поворота. Ослепленные враждой, они опять вспоминают старые обиды. Не скрывают и своего злорадства: Рылик не дает им спокойной жизни, и они ему не уступят. Никогда! Одним словом, примирения не будет.
Все-таки странно устроен человек: он огорчается, когда теряет полметра земли и совершенно равнодушен к тому, что из-за этого отравляет годы своей жизни.

Есть вопросы, нет ответов
Можно еще много рассказывать о подробностях этой некрасивой тяжбы. Но зачем? После внимательного изучения материалов остались некоторые вопросы. Например, как так получилось, что появилось аж пять актов границ? А именно: граница по госакту Рылика, граница по гос-акту Ворониных, граница по новому забору, граница аренды участка Рылика и граница восстановления участка Ворониных. Как тут не запутаться? А граница “восстановления” и граница госакта Ворониных, между прочим, — это разные границы. Не мудрено, что и специалисты тут не могли толком разобраться.
Есть и такой момент. В 2007 году Рылик получил официальную информацию из архива и службы БТИ о том, что после изъятия части участка Ворониных под застройку другого соседа Жихарева, задняя граница (которая является шириной участка Воронина) имела размер 29,7 метра. Согласно плану БТИ эта граница оставалась неизменной до 1995 года, то есть до приватизации участка. Но при оформлении госакта на участок Воронина она была увеличена почти на полтора метра и стала чуть более 31 метра. Не за счет ли участка Рылика? Но в это время его участок уже был оформлен в частную собственность по госакту. К тому же никаких документов, подтверждающих этот размер в 31 метр, у Ворониных на момент оформления госакта не было. Почему суд в свое время не отреагировал на вновь открывшиеся обстоятельства и все последующие суды только повторяют его решение?
Кстати, экспертиза, которая была проведена в позапрошлом году работниками проектного института “Гомельгипрозем” по восстановлению границ участков Рылика и Ворониных, установила ряд нарушений закона при оформлении госактов за земельные участки. Недавно Речицким филиалом “Гомельское агентство по государственной регистрации и земельному кадастру” проведена очередная инструментальная геодезическая съемка, будет сделана сверка с результатами измерений, выполненных ранее, в 2005 — 2007 годах. Ее результата с нетерпением ждут Рылики и Воронины. Чтобы опять начать все сначала?
Мария ЗУБЕЛЬ
Фото автора