Отцы-беглецы и мамы-кукушки

Ведь так не бывает на свете, чтоб были потеряны дети… Помните эти слова из мультяшной песенки? Парадокс, но теряются-то чаще родители, причем сознательно, чтобы не обременять себя заботами о воспитании собственных детей.

Когда наказание — благо

Только на Мозырщине одиннадцать беглецов, можно сказать, в международном розыске. Место пребывания других хотя и известно ответственным службам, но скольких усилий стоит найти их и буквально за руку привести на работу. Счет таким в районе идет не на десятки даже, а на сотни. Логично и правильно: безответственных родителей в принудительном порядке надо заставить хотя бы отчасти выполнять свою святую обязанность. Президентский Декрет № 18 в значительной мере помогает решать проблему, но до полной победы еще далеко. Во многом потому, что судьбами детей и перевоспитанием их беспутных родителей занимаются службы, у которых помимо этого еще масса других обязанностей. Их сетования справедливы: вверенный контингент поддается перевоспитанию с большим трудом. Но всегда ли потраченные усилия, борьба за человека, наконец, немалые государственные средства равноценны полученному результату? Увы, не всегда. Петр Шутько, начальник управления по труду и социальной защите Мозырского райисполкома, над этим, похоже, размышлял немало, анализировал, сопоставлял. И его взгляды на сам процесс возвращения заблудших родителей к нормальной жизни заслуживают внимания: “В районе из примерно 500 обязанных возмещать средства на воспитание своих детей 270 не работают, поскольку находятся в тюрьмах, ЛТП, иных закрытых учреждениях. А там с работой, как известно, напряженка”. Получается, что наказание оборачивается для них благом. Ведь именно благодаря такой опеке государства у них, поистине, полный пансион: еда, крыша над головой и длительный отдых — почти санаторий. То же самое можно сказать и про отбывающих в качестве наказания пятнадцать суток отсидки. А долг детям растет в арифметической прогрессии, и, по словам начальника райотдела образования Любови Клепчуковой, самый высокий он у отбывающих наказание в тюрьме — более 600 миллионов рублей: “Пишем письма туда, просим руководство колоний трудоустроить этих людей, но на такие просьбы реагируют далеко не все”. Свыше 200 миллионов задолжали пока не найденные отцы-беглецы.

“Химия” вместо ЛТП?

И это не единственные их долги. Есть еще коммунальные, например. Причем не только у отбывающих наказание, но и у благополучно проживающих в городских и сельских квартирах. Но по чьей-то доброте или недоработке лишь из четырех таких квартир хозяева выселены в жилье меньшей площади и менее благоустроенное. Их преж­ние квартиры сдаются в наем, а полученные средства идут в счет погашения долга на содержание детей. Хорошая практика, и, главное, эффективная. Но, к сожалению, она пока не получает широкого распространения. Расстаться с незаслуженным комфортом должны не несколько человек, а десятки, убежден руководитель районной вертикали Евгений Адаменко. Надо только больше проявлять заинтересованности и согласованной работы в этом направлении коммунальной службе, правоохранительным и судебным структурам. Хронический алкоголизм, беспробудное пьянство — неизбежные диагнозы едва ли не всех обязанных. Многие, сдав ребенка в детдом или в приют, живут в свое удовольствие — продолжают гулять и пить, и, как правило, не желают работать. В то же время содержание сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, обходится государству в круглую сумму. Впрочем, это только формально их воспитывает государство, фактически воспитываем и содержим все мы — каждый, кто добросовестно трудится и платит налоги. По данным заместителя начальника Мозырского ГРОВД Сергея Гвоздя, только в этом году в отношении обязанных возбуждено 25 уголовных дел, в ЛТП отправлены 19 человек. А между тем практика показывает, что такая временная изоляция приносит мизерный эффект и примерно такой же экономический результат. Из 70 возвратившихся из ЛТП обязанных лиц лишь один перестал пить и работает, констатирует Петр Шутько. И вот что он предлагает: тунеядцев и алкоголиков вместо ЛТП разумнее было бы поместить в учреждение открытого типа ИК-21, которое находится в Мозыре и в народе именуется “химией”. Есть и подходящая статья в Уголовном кодексе — № 124. Во всяком случае, обитатели ИК-21 обеспечены работой, но там почему-то перевоспитывается лишь один обязанный мозырянин. Логичен еще один вопрос, по­ставленный руководителем со­циальной службы района: если из ЛТП алкоголики не возвращаются сплошь трезвенниками, то почему бы шире не внедрять другой способ борьбы с зеленым змием? Он тоже не гарантирует сто­процентного успеха, и у него есть немало скептиков, но положительных результатов в ряде случаев приносит гораздо больше. О кодировании от алкоголизма наслышаны все, но в коллективном порядке это практикуется редко. Хотя есть места, где это используется давно и небезуспешно. В том же совхозе-комбинате “Заря”, например. Если человек “в завязке”, держится, деньги из зарплаты за кодирование у него не высчитываются.

Тунеядец, будь человеком!

Чтобы заставить трудиться лодырей и пьянчуг, годами ведущих праздный образ жизни и, как правило, не имеющих ни денег, ни желания их зарабатывать, хороши если не все средства, то многие. Но мало примеров, когда их в полной мере используют предприятия и хозяйства, которым поручили трудоустройство и перевоспитание обязанных. Решением райисполкома даже забронировано 70 вакансий для трудоустройства этой категории. И что же? Большинство руководителей считают за лучшее никуда не сообщать, если у них вдруг открылась вакансия. Обязанных они боятся как черт ладана. А что если не одного-двух, а целых пять-шесть тунеядцев пришлют на перевоспитание? Хлопот с ними не оберешься, а за невыполнение задания спрос строгий. Примерно так рассуждают в благополучных мозырских ДРСУ-186, ТЭЦ, нефтеразведочной экспедиции глубокого бурения, предприятии “Белфут” и других. К чести многих руководителей, не все занимают такую позицию. В здоровом коллективе, где нет подобного безразличия, у человека есть шанс изменить свою жизнь. Помимо “Зари” не считают всех без исключения обязанных безнадежными в ОАО “Мозырьсоль”, в городском автопарке № 2. Своих подопечных они привлекают даже к участию в культурных мероприятиях, чуть ли не за руку водят в театр, на концерты. Глядишь и дрогнет что-то в душе у человека, если он чувствует такое небезучастное к себе отношение. Положительные примеры, когда опустившийся человек при поддержке неравнодушных людей поднимался со дна навстречу другой жизни, тоже есть. В магазине “Аметист” уборщица выросла до продавца. В СПК “Осовец” закодированный механизатор трудится не хуже своих коллег. А одна из доярок, получив зарплату в два миллиона, оценила такую заботу о себе. В скором времени ей вернули детей. Кстати, по мнению некоторых ответственных лиц, еще и низкой зарплатой обязанных объясняется невысокий процент возмещения ими средств на содержание государством детей. В целом он на уровне среднеобластного, а район занимает не худшее одиннадцатое место. Но при всем том средняя зарплата на Мозырщине одна из самых высоких: в сельском хозяйстве она составляет почти 1,8 миллиона рублей в месяц. Никто не призывает платить людям, причем не самым старательным, незаработанные деньги, но пока используются не все возможности заставить их зарабатывать больше. Очевидно, что механизм возмещения средств, затраченных на содержание детей в государственных учреждениях, требует совершенствования, иным должно быть и отношение к таким людям в трудовых коллективах со стороны профсоюзных, молодежных организаций, идеологической службы. Проще всего отмахнуться от горе-работника, не задумываясь о том, какими гораздо большими потерями это обернется для общества.