Народные новости

“Борщевик Сосновского — вредный сорняк, который очень быстро развивает свою популяцию и вытесняет другие растения. Это своего рода захватчик, который всех вытесняет со своей территории. Впрочем, очень быстро делает своей и чужие территории. Кроме этого, борщевик выделяет прозрачный фототоксичный сок, вызывающий воспаление кожи или дермиты. Растение это представляет серьезную опасность как для природных комплексов, так и для здоровья человека. Непринятие своевременных мер по уничтожению борщевика Сосновского и допущение вызревания семян ведет к массовому его распространению. Только представьте: одно растение способно оставить более тысячи семян. Поэтому не пускайте этого агрессора в свои огороды!”Александр Голубев, заместитель начальника Гомельской горрайинспекции природных ресурсов и

Этого не старого еще человека очень часто встречаю у банкомата вблизи моего дома. Люди снимают деньги, а потрепанный мужик мнется рядом и не стесняется просить у каждого мелочи. Некоторые ему отказывают, отчитывают даже, а другие открывают кошельки, дают какие-то бумажки. Вот и “пасется” возле этого места мужчина с утра до ночи. А недавно была свидетельницей, как этот попрошайка профессионально работал в хлебобулочном отделе соседнего магазина. К стоящим в очереди покупателям он подходил и тихим виноватым голосом просил денег на буханку хлеба. И люди не отказывали: кто-то давал пятьсот рублей, кто-то тысячу. Одна старушка купила тому мужику “полкирпичика” черного хлеба. Так

“Живет в Ельске Павел Павлович Бычковский, труженик и хозяин, человек искренней и большой души. Несмотря на испытания и тяготы, выпавшие на его долю, сохранил оптимизм, любовь к жизни и людям. Павел Павлович — ветеран Великой Отечественной войны, прошел ее дорогами с начала и до конца. С первых дней создания отряда “Большевик”, который входил в 37-ю Ельскую бригаду, влился в его ряды, стал партизаном. Участвовал в освобождении от немецко-фашистских захватчиков Ельска, Калинковичей, Мозыря, Наровли, Петрикова, потом стал воином Советской армии. Летом 1944 года при освобождении Пинска был тяжело ранен. После госпиталя и выздоровления учился в танковой школе, школе младших авиаспециалистов. Великую

“Две старые аварийные березы растут совсем близко возле жилого дома по улице Фрунзе, 44, что в деревне Озерщина. Каждый раз хозяйка дома смотрит на них с опаской: выстоят ли под ветром. Разрешение на удаление деревьев у хозяйки дома имеется. Но как пенсионерке их спилить? Обращалась по этому поводу за помощью в сельский Совет, получила отказ в связи с отсутствием денег. Обращалась недавно и в районную организацию электросетей. Там сказали, что за снос аварийных деревьев нужно заплатить 380 тысяч рублей. Но это почти вся ее пенсия… Женщина в отчаянии: как же быть?” Любовь Руденец, д. Озерщина, Речицкий район. “Однажды я услышал такую

“Я родилась в мирное время. О войне знаю только по рассказам бабушки. Мой прадед Парфен Курбачев был в оккупации в Германии. Когда немцы отходили, они гнали перед собой молодых и старых людей, чтобы сохранить свою жизнь. В одном из таких “скопищ” был и мой прадед. Он погиб во время бомбежки при отступлении немцев. Другой мой прадед Александр Купрейчик всю войну был шофером на передовой: возил боеприпасы. День Победы встретил в Москве”. Валерия Купрейчик, ученица СОШ №49, г. Гомель.“Уже третий год под окнами нашего дома № 17 по улице Ирининской Гомеля растет свалка мусора, которая увеличивается в размерах. Неоднократные обращения в

“Вещь, как и собака в доме, — большой друг человека. И мы должны придавать значение эстетическим качествам предметного мира, тем вещам, которые нас окружают. Предметы — это ведь и тепло домашнего очага. И здесь особое право за долгие годы завоевала, конечно, печь. Согласно поверьям, именно она была местом обитания домового — того самого, который отвечал за мир-согласие в семье. Так, желая урезонить сквернослова, наши предки говорили: “Печ у хаце!” — что свидетельствует об особом, святом к ней отношении. Не случайно еще в старину мастерство изготовления кафельных печей достигло такого высокого уровня. И, конечно же, очень плохо, что священный домашний очаг

“У меня такая ситуация. После смерти родителей и брата осталась пустой приватизированная квартира. Мы с мужем живем в 2-комнатной государственной квартире в 53-м микрорайоне. Детей у нас нет. Недавно узнали о том, что изменен порядок оплаты коммунальных услуг тем, кто имеет в собственности несколько квартир. Мы в большой растерянности… Еще не отошли от маминых похорон, а уже надо принимать быстрое решение по поводу родительской квартиры. Думаю, что в таком случае неплохо было бы предоставить какую-то отсрочку применения повышенных тарифов. Чтобы за это время человек смог определиться: что делать, кому продать или сдать внаем эти квадратные метры. Думаю, что похожие ситуации

Мне пришлось бывать в мемориальном комплексе “Хатынь” и слышать рассказ еще тогда живого свидетеля трагедии Каминского. Это запомнилось на всю жизнь. К сожалению, уходят свидетели страшных военных дней. И сегодня надо использовать все возможности для общения молодежи в местах боевых действий с участниками тех далеких событий. Мне могут возразить, что все можно посмотреть и прочесть в Интернете. Но разве услышишь запахи земли и разве пронзит такая виртуальная экскурсия сердце?Недавно с ветеранской организацией побывал на Лоевщине, в местах форсирования Днепра в октябре 1943-го. Посетили музей битвы за Днепр в городском поселке. Уникальную экскурсию провела директор музея Римма Геннадьевна Стадникова. Резонно, думаю,

“Живем мы в доме № 10 по улице Минской областного центра. И вот уже два года получаем в своих квитанциях начисление на содержание домофона, которого у нас отродясь не было. В настоящее время этот мифический долг уже перевалил за 20 тысяч рублей. Только кто будет платить? Мы обращались по этому поводу в ЖЭУ-12 и налоговую инспекцию Советского района с просьбой “отрегулировать” вопрос с неизвестной нам фирмой. Но все равно каждый месяц в наших квитанциях появляется платежка за домофон. Для нас это как издевательство. Потому что наш дом малосемейного типа находится в неважном, мягко говоря, состоянии. А если откровенно, то в

“Прошу жителей Гомельщины помочь отыскать родных Михаила Лазоревича Заикина, который был среди узников шталага № 342 (г. Молодечно) и расстрелян 26 июня 1942-го в Радошковичах под Минском. По имеющимся у меня сведениям, родные его проживали до войны в Гомеле, ул. Ветреная, д. 17. Фамилия его матери — Дубровская”.В. Бриштен,г.п. Радошковичи (адрес в редакции)“…Паблізу вёскі стаяла вялікае гумно, куды нас і загналі. Маці разгрэбла ў куточку ворах мякіны і ўладкавала мяне з братамі, дзе мы адзін каля аднаго праз нейкі час крыху і сагрэліся… Неўзабаве з Галоўчыц прыехала легкавая машына, з якой выйшлі афіцэр і салдат з перавязанай рукою. Першы нешта гучна

Человек так устроен, что радость испытывает большей частью в молодые годы, когда жизнь улыбается сотнями возможностей. К старости их становится все меньше… Но судьба мне подарила недавно такое счастливое состояние. Среди многих приятных знаков внимания в канун юбилея Великой Победы получил от местных властей огромный подарок — помощь в ремонте дома. Сердечное спасибо управлению по труду, занятости и социальной защите Калинковичского райисполкома, которое изыскало средства на такой ремонт, а также местному райжилкомхозу, который его выполнил. В ходе ремонтных работ познакомился и подружился с замечательными работниками этой организации — начальником участка Владимиром Шпаковским, мастером по благоустройству Лидией Бурлаковой, рабочими Лидией Стрекач,

13 декабря 2008 года в газете “Гомельская праўда” была опубликована статья “И не тускнеют ордена!”, посвященная вашему земляку Герою Советского Союза Кириллу Никифоровичу Осипову. В статье упоминается капитан Тагиров, вместе с которым политрук Осипов обеспечил вывод из окружения группировки генерала Болдина.Сальман Ахметович Тагиров — мой дед, умер в 1988-м на 80-м году жизни. Его архив достался мне, внуку. В начале июля 1941-го капитан Тагиров был помощником начальника оперативного отделения штаба 18-й дивизии, а уже через две недели возглавил штаб. О событиях, связанных с выводом окруженной группировки, дед рассказал в документальной повести “Лесной гарнизон”, вышедшей в Казани на татарском языке еще