Дирижер камерного оркестра Гомельской областной филармонии Андрей Глазенков стал гостем «Правда Радио»
- 5863
- 11:07
- 04.01.2020
Поделиться
Превратить любое музыкальное произведение в шедевр под силу лишь влюбленному в искусство. Андрей Глазенков не только мастерски руководит оркестром, но и сам виртуозно владеет редким для Беларуси музыкальным инструментом – бандонеоном.
Превратить любое музыкальное произведение в шедевр под силу лишь влюбленному в искусство. Андрей Глазенков не только мастерски руководит оркестром, но и сам виртуозно владеет редким для Беларуси музыкальным инструментом – бандонеоном.
– Андрей, что главное для дирижера?
– Управлять, слушать баланс оркестра, подбирать программу. Зачастую ведь меломаны приходят не только послушать оркестр, но и посмотреть на дирижера. Он стержень коллектива, артист, который руководит всем процессом и задает нужный характер.
– Дирижерская профессия чем-то схожа с режиссерской, ведь и здесь, и там приходится организовывать большое количество артистов?
– Во многом схожа! Зачастую концерт нужно именно планировать. И в какой-то степени режиссировать, смотреть по программе, как произведения друг с другом сочетаются, чтобы в итоге грамотно выстроить всю концепцию концерта.
– Какими качествами должен обладать хороший дирижер?
– Стойкость характера, уверенность и понимание, куда ты ведешь корабль. И, конечно, дирижер должен быть хорошим психологом.
– Можно ли по манере исполнения определить, что музыкант не в духе: скрипка фальшиво звучит, контрабас подводит?
– Настроение бывает разное, но работа есть работа. В основном все артисты относятся с любовью к своему делу и занимаются им с удовольствием. Жизненные ситуации бывают абсолютно разными. Артист может быть в ужасном настроении, но, выходя на сцену, улыбается и дарит людям свое искусство.
– Случаются творческие разногласия в коллективе, перерастающие в споры?
– Самые главные конфликты у нас происходят по поводу мелочей. Например, куда во время исполнения произведения должен быть направлен смычок. Но обычно все решается довольно мирно и спокойно.
– На каких экзотических инструментах, кроме бандонеона, играете?
– На армянском дудуке, гавайской гитаре укулеле. И на рояле. Видимо, занятия йогой так повлияли.
– Чьи произведения готовы исполнять вновь и вновь?
– Обожаю любую музыку, всех жанров, стилей и эпох – от барокко до рока, от джаза и фламенко до современной популярной музыки.
– Во время выступления закрываете глаза или на чем-то фокусируете свой взгляд?
– На партитурах. Не замечал, чтобы дирижеры работали с закрытыми глазами. А музыканты – да. Когда я исполняю сольные произведения, частенько ухожу в какой-то транс, медитацию и начинаю играть более свободно.
– Физически устаете, ведь вы постоянно на ногах?
– Стараюсь разносторонне развиваться, и физически в том числе. Занимаюсь на турнике, йогой, плаванием.
– Чувствуете внимание поклонников?
– Безусловно. Однажды после концерта мне сказали: «Вы нас сегодня обидели». Я спрашиваю: «Чем же?» – «Вы не сыграли мое любимое произведение Libertango».
– Андрей, что главное для дирижера?
– Управлять, слушать баланс оркестра, подбирать программу. Зачастую ведь меломаны приходят не только послушать оркестр, но и посмотреть на дирижера. Он стержень коллектива, артист, который руководит всем процессом и задает нужный характер.
– Дирижерская профессия чем-то схожа с режиссерской, ведь и здесь, и там приходится организовывать большое количество артистов?
– Во многом схожа! Зачастую концерт нужно именно планировать. И в какой-то степени режиссировать, смотреть по программе, как произведения друг с другом сочетаются, чтобы в итоге грамотно выстроить всю концепцию концерта.
– Какими качествами должен обладать хороший дирижер?
– Стойкость характера, уверенность и понимание, куда ты ведешь корабль. И, конечно, дирижер должен быть хорошим психологом.
– Можно ли по манере исполнения определить, что музыкант не в духе: скрипка фальшиво звучит, контрабас подводит?
– Настроение бывает разное, но работа есть работа. В основном все артисты относятся с любовью к своему делу и занимаются им с удовольствием. Жизненные ситуации бывают абсолютно разными. Артист может быть в ужасном настроении, но, выходя на сцену, улыбается и дарит людям свое искусство.
– Случаются творческие разногласия в коллективе, перерастающие в споры?
– Самые главные конфликты у нас происходят по поводу мелочей. Например, куда во время исполнения произведения должен быть направлен смычок. Но обычно все решается довольно мирно и спокойно.
– На каких экзотических инструментах, кроме бандонеона, играете?
– На армянском дудуке, гавайской гитаре укулеле. И на рояле. Видимо, занятия йогой так повлияли.
– Чьи произведения готовы исполнять вновь и вновь?
– Обожаю любую музыку, всех жанров, стилей и эпох – от барокко до рока, от джаза и фламенко до современной популярной музыки.
– Во время выступления закрываете глаза или на чем-то фокусируете свой взгляд?
– На партитурах. Не замечал, чтобы дирижеры работали с закрытыми глазами. А музыканты – да. Когда я исполняю сольные произведения, частенько ухожу в какой-то транс, медитацию и начинаю играть более свободно.
– Физически устаете, ведь вы постоянно на ногах?
– Стараюсь разносторонне развиваться, и физически в том числе. Занимаюсь на турнике, йогой, плаванием.
– Чувствуете внимание поклонников?
– Безусловно. Однажды после концерта мне сказали: «Вы нас сегодня обидели». Я спрашиваю: «Чем же?» – «Вы не сыграли мое любимое произведение Libertango».
Реклама
