Живопись на игле

В Гомеле можно увидеть плащаницы, хоругви, покровы, облачения, выполненные в технике древнерусского лицевого шитья. В последний раз эти экспонаты покидали рязанский музей двадцать лет назад, когда выставлялись в Ватикане. Интересно, что расцвет “игольных” полотен удачно совпал с периодом домостроя. Тогда для женщин вышивка была наилучшим развлечением.

Не подарок, а подношение

Древнерусское лицевое шитье имеет византийский след. А на Руси оно достигло расцвета после ее Крещения, когда по­требовалось украшать храмы. Иглой разрисовывали плащаницы, подвесные пелены, “застенки” и прочую церковную утварь. Их использовали при хранении мощей святых, ими покрывали алтарь и выставляли только во время особых праздничных богослужений. Изображения на ткани создавались при дворах монархов и феодальной знати. Это считалось очень престижным. Вышивали исключительно женщины. Расцвет лицевого шитья как раз таки пришелся на пору домостроя. А он, как известно, приписывал даме исключительно скромное поведение, отказ от мирских радостей и тотальное служение, требовавшее усидчивости и самоотдачи. В эти рамки отлично вписывалась вышивка. Да и трудиться в светлице было почетно. Мастерицы высоко котировались в качестве невест, так как имели неплохой доход. Женщины трудились над вышивкой долгими часами. Но не только они. Другие специалисты подготавливали полотна, набрасывали эскиз. Каждый сантиметр заполнялся вышивкой. Использовалась золотая, серебряная и шелковая нити. Кто-то работал над ликами, кто-то над центральной композицией, кто-то над текстами. Каждое полотно глубоко продумывалось и “замаливалось”. Эти изделия не продавались, а дарились в качестве подношения. Они предназначались для определенного храма и были связаны с семейными или государ­ственными обстоятельствами. Так, через плащаницу княгиня Анна Васильевна просила послать ей внука — наследника княжества Рязанского.

Из светлицы — на бал

В этих работах до сих пор много загадок. Странным образом в вышитых полотнах совмещаются местные традиции, идущие со времен язычества, и православные. Трудности возникали с атрибуцией — определением времени и места создания, рассказывает старший научный сотрудник музея Гомельского дворцово-паркового ансамбля Ольга Гвоздь. О плащанице, которую делали по заказу княгини Анны Васильевны, искусствоведы спорят до сих пор. Например, как интерпретировать то, что ноги святых выходят за текстовую рамку? Одни исследователи говорят, что это результат некачественной работы мастера. Другие уверены, что так и должно быть. Святые как будто бы идут навстречу тому, кто смотрит на полотно, находятся с ним в едином пространстве. С XV века живопись иглой видоизменялась и совершенствовалась, пока в XVII не исчерпала себя. Женщины стали выходить из светлиц и посещать балы и ассамблеи. Им все меньше хотелось сидеть за вышивкой при лучине, которая к тому же сильно портила зрение. На выставке во Дворце Румянцевых и Паскевичей представлено 19 работ, разрисованных иглой. Это большая часть коллекции рязанского музея, а в целом на территории России осталось несколько десятков аналогичных произведений искусства. Экспозиция продлится до начала октября. Кстати, в Рязанский историко-архитектурный музей-заповедник обменным образом отправились экспонаты из фондов дворцово-паркового ансамбля. Это предметы, характеризующие Гомельщину, — иконы, народные костюмы, рушники, предметы быта. Там их приняли с большим интересом.