Пластические фантазии: интерес против негатива (фото)

Что не хотел сказать автор

Постановки группы современной хореографии «Квадро» всегда необычны. Вызывают вопросы, удивление, непонимание, легкость от полета мысли, воплощенной в движении. Последняя работа «Ночного поезда нет...» начиналась с раздачи правил игры: расслабьтесь и включайтесь в происходящее, а потом поделитесь впечатлениями. К действу подключили людей из зала. Их усадили на сцене, что вызвало замешательство, ведь роль публики в традиционном понимании — в опосредованном участии, а не в соавторстве. От этого становилось неловко, ведь я здесь не для того, чтобы быть в центре внимания, и тем более не объект экспериментов. Определенной линии сюжета в постановке нет, хотя это и не импровизация. Крайне необычно самому искать смысл, идею происходящего. Несмотря на это, все же хотелось узнать задумку творческой группы. Я оказалась не единственной в зале, кого волновал этот вопрос. После спектакля актеры вернулись на сцену и разместились поближе к зрителю, чтобы пообщаться и получить обратную связь. Они считают это важным. — Так что же хотел сказать автор? — любопытство публики было предсказуемым. — В наших постановках каждый может найти что-то свое. Мы не даем ответов, а ставим вопросы и совершенно не претендуем на то, что преподносим истину. Мы делимся со зрителем чем-то личным. Возможно, кому-то это будет близко, — ответили актеры. Они хотят, чтобы после спектакля люди уходили вдохновленными и переносили это ощущение в повседневную жизнь, например, в обыденный процесс приготовления кофе. Отзывы показали, что чувства, хотя и полярные, действительно остаются. Большинство зрителей описывали свое состояние как странное, непонятное, но почувствовали интерес к происходящему. Некоторые испытали негатив, не вызвавший желания что-то узнать. Группа впечатленных зрителей отметила чувство легкости и свободы. Кому-то показалось, что он прочитал отрывок из Мураками.

Страсти по бестемности

После вечера необычного театра захотелось пообщаться с руководителем хореографической группы Инной Асламовой (на снимке первая справа). Первый вопрос: откуда идеи постановок? Она отмечает, что это зависит от этапа ее развития как хореографа. В разное время «Квадро» ставил спектакли как тематические, так и бестемные. В сотрудничестве с «тематическими» хореографами родилась постановка «Куда вы дели Леночку?». Но после этого опыта Инне Асламовой захотелось вернуться к бестемности, которая предполагает больше свободы. В таких спектаклях все раскручивается из пластического решения. Например, одна из постановок трансформировалась из образа веревочной лестницы на фоне серо-красных тонов. В процессе импровизации может сформироваться идея, но визуальные и пластические образы актеры стараются не озвучивать, чтобы оставить их многослойными и многозначными. После свободного полета то, что близко, закрепляется и в качестве структуры переносится в спектакль. Участники хореографической группы — соавторы. Они вне системы иерархии, вне доминантного творческого видения одного человека. Здесь интересно исследовать пространство музыки и танца, зрителей и перформеров, экспериментировать и создавать то, чего еще не было.

Все дело в настройках

Человек на сцене всегда стремится к тому, чтобы любовью к нему была охвачена значительная часть аудитории. Чем больше внимания, тем больше энергии получает артист. Но что делать, если круг восхищенных не так широк, а аплодисментов лишь скромная горстка. Важно ли, понимает тебя зритель или нет, и что нужно, чтобы его активизировать? — Энергия зала, любопытство и оживленность ума имеют огромное значение, а зритель не должен быть невидимкой, — считает Инна Асламова. — На современное искусство он, естественно, реагирует по-разному, что во многом зависит от первоначальных настроек. Увидев малочисленную аудиторию, странные действия на сцене и то, что нельзя назвать танцем в обычном его понимании, человек думает, что те, кто там, ничего не умеют. Или задаются другим вопросом: почему, умея танцевать, они решили стоять? Если бы заходящий в зал знал, куда идет, его восприятие и момент включения были бы другими. Есть разница в том, как подобные постановки принимают там, где современное искусство не вызывает дикого удивления. Например, на выступление гомельского коллектива в Сеуле пришло много людей. В польском Люблине мастер-классы Инны Асламовой также очень популярны. В некоторых странах при департаментах культуры есть фонды, поддерживающие современную хореографию. У нас ее развитием занимаются энтузиасты. В феврале в столице волонтерскими стараниями провели фестиваль пластических театров.

Розы и мимозы

«Квадро» всегда в проектах. Сотрудничает с музеем Марка Шагала в Витебске. Вместе сделали спектакль «Розы и мимозы», названный так по картине художника. Готовившаяся почти год постановка много дала творческой группе в плане понимания работы с пространством и образами. Как хореограф Инна Асламова проводит классы по пластике для участников международной детско-юношеской летней школы искусств при этом же музее. Художники и танцоры из разных стран учат девочек и мальчиков рисовать, но главное не это. Основной смысл в том, чтобы развить у них образное, ассоциативное мышление. Еще «Квадро» участвует в бурно обсуждаемом проекте «Анатомия». Он о нашем отношении к телу, его красоте и о том, та ли это красота, к которой нас приучает глянец. Полтора десятка лет студия современного танца продвигает свое необычное творчество. Что вдохновляет ее руководителя, ведь зритель чаще сдержан и совсем не любопытен? — Наверное, как говорят йоги, это моя дхарма, — улыбаясь, говорит Инна Асламова. — Точно знаю, что не смогла бы заниматься тем, что меня не развивает. И, как вы понимаете, я не могу не танцевать.