На седьмых “Чачэрскіх сустрэчах” звучала старинная и современная белорусская музыка

Творческая деятельность Михаила Финберга в большей степени ассоциируется у нас с эстрадной и джазовой музыкой, сегодня, кстати, достаточно востребованной: билеты на выступления Национального академического концертного оркестра, которым он руководит, нужно покупать заранее. Музыканты основного коллектива и многочисленных ансамблей исполняют произведения разных эпох, стилей и направлений, среди которых и неизвестные творения отечественных композиторов, написанные сотни лет назад. Идея вернуть забытое и показать его миру пришла к Михаилу Финбергу более двадцати лет назад — в то время он организовал первый фестиваль. Доктор искусствоведения, профессор Ольга Дадиомова вспоминает, насколько рискованно было проводить концерты в небольших городках. Но опасения не оправдались: человек из глубинки смог принять и полюбить эту музыку. С тех пор встречи посвящаются отдельным композиторам, датам или найденным в архивах произведениям. На празднике белорусской музыки в Чечерске, который прошел в минувшую пятницу, ансамбли и оркестр Михаила Финберга исполнили старинную и современную белорусскую музыку, в звуковом оформлении показали семь чудес нашей страны, среди которых озеро Нарочь, Мирский замок и Беловежская пуща. Руководитель ансамбля флейтистов Владимир Скороходов до шестнадцати лет жил неподалеку от этих мест — в Кричевском районе Могилевской области. Вспоминает, во времена его юности и даже еще лет тридцать назад о таких концертах никто не думал. Теперь же высококлассное исполнение можно услышать в небольших городках, и музыка сама к людям приходит. Она возвращается в ту среду, в которой звучала много веков назад. Искусствоведы не скрывают радости: раньше даже не мечталось, что удастся найти и услышать старинные произведения белорусских композиторов. Но сегодня благодаря большому исследовательскому труду в чечерской ратуше прозвучал ранее неизвестный полонез Михаила Огинского, произведения которого, к слову, открывали шикарные балы в Екатерининском дворце в Царском Селе, восхищали слушателей в Германии, Италии и Турции. Ансамбли кларнетистов и флейтистов исполнили дивертисмент и сонатину Матея Радзивилла, произведения Станислава Монюшко, который первые сорок лет жизни провел в нашей стране. Ольга Дадиомова отмечает: композиторы двадцатого века не знали о существовании авторов, чьи произведения звучали здесь несколько веков назад. Так же, как и последние не могли позиционировать себя основателями традиций национальной композиторской школы. Искусствоведам хотелось, чтобы у нас были свой Чайковский и «Могучая кучка», некоторые из последователей которых, кстати, в прошлом столетии приехали к нам из разных стран. Но здесь сложился другой исторический путь: войны забирали людей, терялось культурное наследие, вместе с другими ценностями за границу вывозилась и партитура. Исследователи пришли к выводу: белорусское музыкальное искусство специфично своей концентрированностью в различных очагах. Оно отличается от того, что было в Париже, Москве и Петербурге, объединявших музыкальную культуру вокруг себя по принципу солнца. У нас же она была самоценной в любом уголке, каждый из которых дышит событиями и достоин своего фестиваля. Михаил Финберг реанимирует забытое музыкальное искусство не для себя. Он считает, что белорусы должны знать свою музыку и гордиться ею.