Автостопом в Крым (фото)

Быть Музыканты гомельской группы Place to Be Владимир Малюков и Вадим Митько этим летом автостопом путешествовали по Крыму. Много ли заработали гитарист и гармошечник, выступая на улицах прибрежных городов? Тюлени и не только — Сразу хочу спросить: почему автостопом? Малюков: Точно не потому, что не было денег. Это такой распространенный стереотип, что стопом едут люди малообеспеченные. Нет, просто мы музыканты и играем блюз, а сама эстетика блюза предполагает путешествия, перфомансы на улицах. Да и вообще нам показалось, что ехать с комфортом на поезде, заранее бронировать комнату у моря неимоверно скучно. Митько: Мы хотели, чтобы наш вояж был как можно более спонтанным. Никаких проработанных маршрутов. — Но хоть примерно-то представляли, куда отправляетесь? Малюков: В общих чертах: Гомель — Киев — Одесса — южный берег Крыма. Митько: До Киева нас довез дядька из Молодечно. Прикольный. Мы ему всю дорогу играли, а он нас на диктофон и на видео записывал. — И денег в итоге не взял? Малюков: Конечно нет. Есть такое правило: если водитель в самом начале не заговорил об оплате, значит, повезет даром. А те, кто хотят подзаработать, сразу называют свою таксу. — Михаила Круга сыграть или Елену Ваенгу в дороге не заказывают? Малюков: Ни разу такого не было. Единственное, просили исполнить песни из популярных кинофильмов. Почему нет? Кое-что играли. Хотя, как правило, на заказ не выступаем. У нас есть свой стиль, которого придерживаемся. Это блюз. — Вот едет поток машин по трассе. Как вы выбираете, в какую сесть? И как понять, что за рулем не маньяк? Малюков: С таким настроением лучше вообще автостопом не ездить. Негативными мыслями можно притянуть к себе неприятности. Поэтому для начала впустите в себя позитив, настройтесь, что все будет хорошо. Это во-первых. Во-вторых, не ты выбираешь машину, а она тебя. Ты можешь долго голосовать, а остановится всего одна. Сейчас вообще водители больше боятся подбирать людей, чем люди к ним садиться. А в советские времена, мне рассказывали, были даже карточки специальные: в них отмечалось, что шофер подвозил людей на трассе, и тогда ему со скидкой продавали бензин. — То есть сегодня подсесть к кому-то целая проблема? Митько: Я подметил такую вещь: белорусы за границей очень редко помогают автостопщикам. Примерно час стоял под Херсоном на объездной дороге на Симферополь, проехало машин 150, но ни одна с белорусскими номерами не остановилась. Хотя я им махал рукой, и они мне тоже в ответ, но не подбирали. Белорусы едут напряженно, как будто изо всех сил вцепившись в руль. Малюков: Другие тоже не спешат останавливаться. Так что на самом деле можно долго простоять с улыбкой на лице. — В смысле? Малюков: Ну когда голосуешь, обычно улыбаешься, чтобы показать, что ты дружелюбно настроен. По человеку же практически всегда видно, куда и зачем он едет. Если ты с рюкзачком, гитарой, стоишь улыбаешься, понятно, что ты не головорез. Митько: А я к улыбке еще и конфету в руке показываю. Это типа подарок тому, кто подвезет. — И тем не менее, выезжая из города, на Солнечной всегда вижу с десяток голосующих... Малюков: Это отдельная группа. Автостопщики называют их тюленями. Может, грубо, зато в точку. Потому что они таким способом добираются в соседнюю деревню: лениво так стоят, лениво подходят, как тюлени на лежбище. А потом едут и всю дорогу молчат. — Ну и что? Люди же все разные. Митько: Просто автостоп — это целая культура, а не тупо способ доехать куда-то. Он предполагает взаимовыручку. Начиная от просто поговорить с водителем, скрасить разговором его долгий путь и заканчивая помощью в починке машины. Сила звука — Насколько я знаю, в Киеве поиграть на улицах вам особо не удалось? Малюков: Мы выступили на Крещатике, но там было шумно. Поняли, что в следующий раз, чтобы нас было слышно, нужно брать хотя бы минимальную звукоусиливающую аппаратуру. Тем более что та же история повторилась и в Одессе, и в Крыму. — Заработать что-то получилось? Малюков: Мы не ставили такой цели. Мы же не панки, чтобы ездить с тремя рублями в кармане. К тому же, когда выступаешь на улице, параллельно общаешься с людьми. Кто-то предлагает ночлег, кто-то ужин, а кто-то даже выступить в клубе. — Отлично, но все-таки интересно, можно ли заработать, играя на украинских улицах? Малюков: Можно, но тогда надо делать на этом акцент. Больше выступать, перемещаться по городам. У нас же, как правило, был ночлег и еда, поэтому мы вели себя более вальяжно. Митько: Вышло 80 гривен. Впрочем, Вова прав: деньги не главное. Мы играли ради удовольствия и ради общения. Было приятно, что на Украине этот формат — уличные выступления музыкантов, перфомансы — поддерживается. Это развивает молодежь. Мне, например, очень понравился джаз-банд в Севастополе. Ребятки собрали всю набережную, так играли! Толпы туристов мимо ходили, и у них, я уверен, остались позитивные впечатления об этой стране. Малюков: Мы бы очень хотели так поиграть на улицах белорусских городов и чтобы нам не мешали. Чтобы поняли: нормальные уличные музыканты — не индивидуальные предприниматели и не попрошайки. Мы просто выступаем и дарим людям улыбку. Ведь в том, чтобы играть красивую музыку, нет ничего криминального. Спящий вокзал — Чтобы путешествовать без программы, автостопом и с ограниченным количеством средств, нужно быть неприхотливым человеком? Митько: Если для тебя жить на берегу в палатке, готовить макароны с тушенкой на костре и не знать, что будет завтра, — это катастрофа, то тогда и отправляться в такое путешествие не стоит. Малюков: Самое главное — быть готовым ко всему. С нами путешествовала и моя девушка Юля Григоренко, она поет в группе. Так вот нас в Новой Гуте решили обыскать. Объяснили тем, что у нас внешность уж слишком колоритная, привлекаем внимание. Ну ничего, когда убедились, что мы не наркодилеры, отпустили с миром. Правда, на обратном пути процедуру повторили. Митько: У меня еще был случай. До Судака я добрался поздним вечером, а друг, у которого думал остановиться, на телефонные звонки не отвечал. Так что мне пришлось ночевать на заброшенной стройке в палатке. Хорошо, там хоть сторож был с собаками. Но ночью начался шторм, и вообще все ушли с побережья. Тогда я сел на волнорез и начал просто есть дыню. Красота! — А на вокзалах ночевать приходилось? Митько: В Киеве мы на вокзале спали. Было неудобно. Малюков: Сейчас у меня уже во многих городах есть друзья или знакомые, у которых можно остановиться, а раньше не знал никого. Поэтому бывало по-разному. Однажды не было где переночевать в Киеве, и нам прохожие подсказали одно место в городе. Мы поехали. На входе нас попросили сдать рюкзаки в стеллаж на улице. После этого запустили в само здание. Там не очень приятно пахло. Оказалось, туда приходят люди без определенного места жительства, чтобы покушать и переночевать. Курируют этот проект благотворительные организации. При этом нужно прослушать двухчасовую профилактическую лекцию о морали. В общем, мы немножко посидели там и поняли, что это не то место, в котором мы должны быть, и уехали. Митько: Интересно, что на Украине спящих на вокзале не гоняют. Малюков: Да! Я как-то раз на черниговском вокзале в пять утра решил тихонько побренчать на гитаре, так ко мне подошли три милиционера и попросили прекратить — мол, люди спят. — Чем еще по вашим наблюдениям отличаются белорусские реалии от зарубежных? Малюков: Иностранцы, которые путешествуют по миру, знают несколько языков на разговорном уровне. То есть, приезжая куда-то, они стремятся познать чужую культуру, в том числе через изучение языка. Наши в основном нет. Выезжая куда-то, белорусы все равно ищут родственные души, чтобы тусоваться вместе.