Старинные часы

Может ли дама стать рыцарем? Казалось бы, абсурдный вопрос. И тем не менее, такие случаи описаны не только в книжках, но и бывали в Гомеле. — Однажды к нам пришла девочка, которая наотрез отказалась шить женское платье, и попросила облачить ее в рыцарские доспехи. И хоть это несколько не наша тема, мы занимаемся именно восточнославянскими реалиями XI — XIII веков, было интересно по­смотреть, чем все закончится, — рассказывает Марина Сергеева, в гомельском клубе исторической реконструкции “Гридни Мстислава Глебовича” также известная как Любава. — Так вот, дело даже до первого боя не дошло. Но чаще всего, конечно, девочки приходят в клубы за романтической составляющей. Начитаются книжек типа “Айвенго”, размечтаются… И только потом понимают, что это трудная работа. — Много шить приходится? — Очень. Абсолютно все делается своими руками. По старинным выкройкам. — Они подходят для пошива одежды, которую можно носить и в современных условиях? — Конечно. Наши предки были очень умные. Они использовали так называемый шов-замок, который порвать сложнее, чем нынешние заводские. Древние не жили в таком бешеном ритме, как мы. Они никуда не торопились, веками оттачивали свои умения. Поэтому сколько мы сейчас ни пытаемся переиначить какие-то их подходы, все равно к ним возвращаемся, потому что они лучше. — Какие цвета были основными в одежде наших предков? — Вообще многие позиции костюма, который был характерен именно для них, при раскопках просто не найдены на наших землях. Это значит, что нам нечем подтвердить свои догадки, и делая версии того или иного комплекса, мы вынуждены ссылаться на соседей. Например, на новгородцев. Там археологические слои очень хорошо сохраняются, потому и находок много. Так вот по их данным, самым популярным цветом был красный. Он лидирует с огромным отрывом. На втором месте идет синий, небесно-голубой. А отделку выполняли желтым — как связь с солнцем, поклонение Яриле. — И еще белый, видимо, был в почете? — Скорее это цвет нижнего белья. Кстати, новички, которые приходят в клуб, почему-то очень хотят пошить вещи из серой грубой ткани и черный плащ. Хотя у тех же викингов в домотканое и некрашеное одевали только рабов, а чисто черного цвета на славянских землях вообще не было, потому что не могли найти такого природного красителя.

Лобзиком или бензопилой?

— Говорят, на восточнославянских землях была лишь одна схема пошива женского платья. Выходит, раньше все девушки выглядели одинаково? — Ну что ты! Схема-то одна, но руки у всех разные. Каждая мастерица по-своему чувствовала ткань, по-своему ее собирала, поэтому можно сказать, что двух одинаковых платьев не было. И потом, у предков ткацкие станки позволяли сшивать только лоскутки не более 40 — 50 сантиметров в длину. Это побуждало к развитию конструкторской мысли — одежду собирали из кусочков как мозаику. Так что я бы сравнила эту старую технику с выпиливанием лобзиком, а современный промышленный пошив — с работой бензопилой. Во втором случае получается быстро, но не так изящно. — Кроме того, наверное, было много украшений, которые подчеркивали индивидуальность? — Опять-таки совсем уж точных сведений нет. Но вроде как предки носили бусы. Часто из сердолика, так как это солнечный камень. Одежду украшали вышивкой, иногда даже золотной — правда, такую могли себе позволить только богатые. На подол и опястья (современные манжеты — прим. автора) нашивали ленты. Состоятельные люди делали также накладки на одежду в виде ожерелья с драгоценными камнями, жемчугом, мелким стеклянным бисером. — Серьги носили? — Правильнее сказать — височные кольца. Это, конечно, не серьги в нашем современном понимании, но что-то типа того. Чаще всего они прикреплялись к очелью (от слова чело — лоб — прим. автора) горизонтально. — В исторических фильмах я такое видела… — Те, кто увлекается исторической реконструкцией, шедевры вроде “Анастасии Слуцкой”, “Тринадцатого воина” и “Храброго сердца” вообще без содрогания или смеха смотреть не могут. Там костюмы настолько далеки от реалий тех времен, что просто диву даешься. А бывает еще, покажут, как люди в XIII веке пошли в ночное и картошку сидят запекают. Какая картошка, если ее в ту же Россию только в XVIII веке завезли? — У вас на реконструкционных пирах такое недопустимо? — Картошки у нас в подлагере точно нет. Готовим гороховую кашу, фасоль. Предки ели много солонины, различных квашений, крупы, мед. Пили сбитни. Соль тогда очень дорого стоила, поэтому ее употребляли намного меньше. Может, поэтому люди здоровее были. При этом ели разнообразные дары леса: от дичи до грибов. Так что рацион был полноценный, и мы стараемся ему следовать. Другое дело, что фестивали и пиры проходят в поле, холодильников там нет. Чтобы сохранить продукты, закапываем их в яму на глубину около метра, но не всегда это выход.

Предметные реплики

— Давай еще поговорим о технической стороне дела. Наверняка вы же пользуетесь историческими предметами в быту — деревянными ложками, ковшами, ведрами… Покупаете их на фестивалях? — Не обязательно. Наши мальчики многое умеют делать сами — не только ложки, но и столы, лавки, кадки. Мы вряд ли можем назвать их точными копиями древних предметов, но это, как минимум, реплики на них. А вот глиняную посуду покупаем у гончаров. Причем стараемся передать данные археологических раскопок, чтобы они попытались сделать так же. — А костюмы из ткани ребятам кто шьет? — Все нательное шьют сами. Злятся немного, потому что их бы воля — взяли б в руки мечи и побежали в поле рубаться. А шить верхнюю одежду иногда помогают девчонки. В ответ парни могут смастерить для них деревянные сундучки для рукоделия или украшение какое. — То есть тяжелую физическую работу девочкам в клубе делать не приходится? — Нет, такого не припомню. Но и сказать, что реконструкторы априори впали в образ и стали раскланиваться, тоже нельзя. У нас обычные человеческие отношения. Мальчики иногда прикалываются. Поругаются, и один другому говорит: я вызываю тебя на дуэль. А второй отвечает: вызывай, а я, будучи простым мужиком, возьму дубинку и где-нибудь в подворотне просто тебя стукну. — Да… Получается, манеры у древних славян были еще те… — Получше, чем у многих наших современников. Знаешь, что самое неприятное на фестивалях? Когда туристы начинают по-хозяйски вести себя. Даже не поздоровавшись, заходят в подлагерь и без проблем берут наши личные вещи, требуют воды в глиняные чашки, потому что надо их срочно опробовать. Выглядит диковато. Но, думаю, со временем люди привыкнут к фестивалям и такой реакции уже не будет.

Лошадки и машинки

— Знаю, что у тебя есть четырехлетняя дочка Варвара. Дополнительное (реконструкционное) имя ей уже придумали? — Пока нет, но мы размышляем над этим. И уже есть варианты — Непоседа, Капризуля (смеется). А у моего мужа Алексея второе имя Дзей. Он, кстати, полностью его оправдывает — очень деятельный. Многое может руками — и по металлу, и по дереву. — Варя как-то увлекается исторической тематикой или ей пока рано? — Мы с Лешей пытаемся понемногу ее приобщать. Надеваем платьишко славянское. У нее есть исторические бусики — там сердоликовая бусинка по центру и около полутора десятка стеклянных вокруг нее. Потихонечку берем на фестивали. Но она пока не очень это все понимает. У нее есть игрушка — копия по находкам в Новгороде примерно XI — XIII веков — лошадка без ножек, но на колесиках. Причем Варя с удовольствием играет с ней наравне с современными машинками и куклами. — А сама дома в обычной жизни пользуешься реконструкционными предметами? — Глиняной посудой — удобная форма, полезный материал. Мы практически отказались от фарфора. Есть коробка деревянная для рукоделий, сделанная по мотивам пеналов, найденных в том же Новгороде. Причем там даже кнопочки есть, когда на них нажимаешь, выезжает определенная часть пенала. И такому развитию техники нечего удивляться — в Новгороде даже древние жалюзи нашли на раскопках.