Григорий КОПАТКОВ: Я не смогу стать диджеем!

Со знаменитым Игорем Кирилловым, патриархом советского ТВ, они, образно говоря, близнецы-братья. Вначале оба избрали актерскую профессию, а затем предпочли ей телеэфир. Позже, когда на Кириллова уже смотрел весь Советский Союз, а на Копаткова — Гомельская область, их пути ненадолго пересеклись: один учил, другой учился. Но был ли диктор белорусского регионального телевидения любим зрителями меньше, чем его московский коллега? Вероятно, нет. Поскольку сила зрительских симпатий не квадратными километрами измеряется. О Копаткове же по сей день говорят: “Помним, помним такого диктора!” А ведь лишь настоящие звезды, даже уйдя с небосклона, продолжают светить… Разыскать бывшего диктора удалось не сразу. Его вчерашние коллеги-телевизионщики пояснили: будучи на пенсии, Григорий Васильевич в областной центр наведывается не часто, ведь живет он сейчас в украинской Добрянке. Так что встретиться с ним в канун профессиональных праздников печатных и электронных СМИ, увы, не получилось. Но вот по телефону связаться удалось. — Удивилась, узнав, что вы из Гомеля совсем уехали. Все-таки столько лет здесь прожито… — Просто вернулся в родительский дом, доставшийся мне по наследству. Я ведь на Украине и в школу ходил, и институт окончил. — Какой именно? — Харьковский государственный театральный институт, актерское отделение. По распределению попал в Ужгородский музыкальный драматический театр. Все роли играл на чистейшем украинском языке. И пел, и танцевал. Затем два сезона отработал во Львове. А потом меня пригласил Грозненский русский драмтеатр имени Лермонтова Чечено-Ингушской АССР. И там моя актерская карьера шла хорошо, но не отпускала ностальгия — хотелось быть поближе к дому. Поэтому, когда меня пригласил Гомельский русский драматический театр, я с удовольствием согласился. Приехал, получил ключи от прекрасной квартиры в доме по улице Кожара, стал играть. Роли были разные — пастор Шлаг, например, в “Семнадцати мгновениях весны”… — Григорий Васильевич, а в дикторы вы как попали? — Один из спектаклей с моим участием купило для показа областное телевидение. После чего ко мне подошли его директор и звукорежиссер. Они сказали, что мой голос и внешние данные подходят для работы в телеэфире и предложили сотрудничество. Два года я совмещал работу в театре с работой на телевидении и радио. Затем полностью перешел на телевидение. Мне повезло, потому что на Гомельской телестудии тогда работали такие корифеи, как народная артистка Белоруссии Зинаида Бондаренко. Она сейчас на пенсии и не у дел… Живет в Минске. Тогда же рядом со мной были прекрасные дикторы Валентина Шишкова и Майя Прокопенко. Замечательные журналисты, компаньоны. Мы ведь вели все без исключения передачи. В то время никто, кроме диктора, не имел права садиться к микрофону и выходить в эфир. — И когда телевидение вошло в вашу жизнь? — В семидесятом году. И почти сорок лет мы были вместе. В мою бытность работал лишь один канал, а эфирное время Гомель делил с Москвой и Минском. Передачи шли в разное время суток. Ночную программу приходилось закрывать в час ночи. Кроме прочего мы, дикторы, еще и дежурили: мало ли какое ЧП в мире случится и нужно будет срочно рассказать об этом. Так что мы всегда были наготове. — Расскажите, как вы у Кириллова стажировались: теперь это называется мастер-классами, а раньше? — Семинарами. На них нас специально вызывали, и хочешь не хочешь, приходилось ехать. В Минске, в частности, белорусскому языку учили. Меня ведь в Минск забрать хотели… Но мелодика родного украинского языка помешала. Сказали, что лучше мне в областной студии работать. У Кириллова, на семинаре дикторов телевидения, мы также занимались речью. В Москву ведь из всех союзных республик приезжали. Из Узбекистана, Таджикистана, Молдавии, Литвы, Латвии… Кириллов старался научить нас говорить на чистом русском языке: грамотно, без акцента. Учил он и тому, как вести себя в эфире. Но этому, собственно, меня учили и в институте. Ведь актер и диктор — это, по сути, одно и то же. Пусть в эфире, но все равно приходится играть. А Игорь Кириллов, он же Щепкинское училище окончил. Так что мы оба по Станиславскому учились. А в его системе главное что? Мысль, чувство, действие… — А с главной тетей Валей Советского Союза вам доводилось встречаться? — С народной артисткой Валентиной Леонтьевой? Конечно… Изумительным она была человеком. Это большая потеря для всех, когда такие люди уходят из жизни. Валентина Михайловна учила искусству ведения детских программ. Целые поколения выросли на передачах “Будильник”, “Спокойной ночи, малыши!”, “В гостях у сказки”. А ее программа “От всей души”? Это же классика советского телевидения! — В ваше время сложнее было работать, чем сейчас? — Думаю, да. Обллит — была такая организация — контролировал все, что выходило в печати, на радио и телевидении. Редакторы готовили тексты, а чиновники их утверждали. И от этих текстов нельзя было отступить ни на шаг. Были строжайшие ограничения. Запрещалось, например, один из гомельских микрорайонов называть “Старым аэродромом”. Только названия улиц и разрешалось произносить… — Что можете сказать о сегодняшних телеведущих? — Есть сильные, а есть откровенно слабые, которые выигрывают, может быть, лишь за счет внешности. Голосовых данных нет, актерского мастерства — ноль. Впрочем, у каждого зрителя своя точка зрения. Не подумайте, что мне в свое время все симпатизировали. Кому-то я нравился, кому-то — нет. Но вот только тогда ведущих как перчатки не меняли. А сейчас чехарда какая-то. И то, что белорусские ведущие ведут программы на русском языке — на том же ОНТ, к примеру, — это, я считаю, минус минскому телевидению. — Скучаете по профессии? — Очень. Когда приезжаю в Гомель и смотрю на здание телецентра — слеза наворачивается… Радует, что кто-то, с кем раньше работал, по-прежнему творит, созидает. — Но ведь вы вполне могли бы вернуться. Если не на ТВ, то на радио уж точно… — На радио сейчас работают диджеи, дикторов там нет. А я не смогу быть диджеем. Слушаешь региональные радиостанции — пустота одна. Всё на вскриках, на всхлипах… Что-то взял из Интернета, на кнопку нажал — и вперед. Речь косноязычная… Я так не смогу. — И все же, по случаю профессионального праздника, а 7 мая — День работников радио, телевидения и связи, чего бы вы пожелали тем, кто решил отдать себя журналистике? — Крепчайшего здоровья и творческих успехов. Это очень важно. Ну а “ГП” я хочу пожелать еще глубже вспахивать информационное поле. И всегда быть рядом с людьми. Тогда проблемы каждого человека легче будет разрешить.