Оглашён приговор по делу об убийстве студента БелГУТа (фото)
- 11086
Поделиться
Сегодня областной суд огласил приговор в отношении Андрея Чернецкого и Ивана Бизунова, обвиняемых в убийстве студента БелГУТа Александра Борозны.
17-летний учащийся Гомельского колледжа машиностроения Андрей Чернецкий и 19-летний учащийся Гомельского медицинского колледжа Иван Бизунов признаны виновными в умышленном убийстве, совершенном с особой жестокостью в июле прошлого года.
Андрей Чернецкий, который на тот момент был несовершеннолетним (18 ему исполнилось 5 мая этого года — прим. автора), приговорен к 15 годам лишения свободы в исправительной колонии в условиях общего режима. 20-летний Иван Бизунов — к 25 годам лишения свободы с конфискацией имущества и содержанием в исправительной колонии усиленного режима.
Они хотели научиться убивать
Александр Борозна — единственный ребенок и единственный внук
Сегодня областной суд огласил приговор в отношении Андрея Чернецкого и Ивана Бизунова, обвиняемых в убийстве студента БелГУТа Александра Борозны.
17-летний учащийся Гомельского колледжа машиностроения Андрей Чернецкий и 19-летний учащийся Гомельского медицинского колледжа Иван Бизунов признаны виновными в умышленном убийстве, совершенном с особой жестокостью в июле прошлого года.
Андрей Чернецкий, который на тот момент был несовершеннолетним (18 ему исполнилось 5 мая этого года — прим. автора), приговорен к 15 годам лишения свободы в исправительной колонии в условиях общего режима. 20-летний Иван Бизунов — к 25 годам лишения свободы с конфискацией имущества и содержанием в исправительной колонии усиленного режима.
14 июля прошлого года Саше исполнилось 19. На своей страничке Вконтакте он в этот день принимал поздравления от друзей. А в ночь с 19 на 20 июля Саши не стало. Оборвалась жизнь замечательного человека, который мог бы стать гордостью страны. Самое ужасное, что Саша не давал никаких поводов не то что для убийства, но даже для мелкой ссоры. Он по большому-то счету толком не был знаком со своими убийцами. С одним из них за четыре дня до убийства его познакомил давний друг Игорь, которому Саша доверял как себе.
15 июля Игорь предложил Саше поехать на вокзал, чтобы встретить своего одногруппника по колледжу Андрея Чернецкого. (Игорь проучился в колледже несколько месяцев и бросил учебу, но в колледж заходил иногда. Однажды пересекся там с Чернецким, и с тех пор они стали общаться более тесно).
В тот день на вокзале Саша Борозна и познакомился со своим будущим убийцей.
Чернецкий рассказал тогда, что возвращается от бабушки и идти ему некуда. В те дни мама и бабушка Саши, с которыми он жил в квартире, были в деревне, и Чернецкий вместе с Игорем и еще одним другом, который присоединился к ним по дороге, остались ночевать у Саши.
Уже потом многие свидетели, дававшие показания в суде, характеризовали Чернецкого как вруна, фантазера и даже брехуна. Знакомым он говорил, что якобы идти ему некуда, отношения с отцом и мачехой не сложились. В то время как в ходе судебных разбирательств выяснилось, что отец Чернецкого неоднократно подавал заявления в милицию о пропаже своего сына, у которого была склонность к бродяжничеству.
Чернецкий напросился ночевать у Саши и 18 июля. Гостеприимный Саша кормил его и даже свои новые туфли дал поносить, когда тот пожаловался, что его обувь совсем развалилась.
19 июля Чернецкий явился к Саше домой в 22.30 вместе со своим знакомым Бизуновым, которого Саша прежде в глаза не видел.
Саша даже не догадывался, что эти двое вели разговоры об убийстве. В ходе следствия выяснилось: Чернецкий раньше говорил Бизунову, что хочет научиться убивать и даже предлагал ему сначала убить таксиста, потом знакомого диджея, потом своих бабушку с дедушкой (к слову, дедушка был на судебных заседаниях). И когда каждый из этих планов срывался по каким-то причинам, Чернецкий находил новую жертву. На этот раз в поле его зрения попал Саша Борозна.
Брехливый Чернецкий рассказал Бизунову, что якобы Саша сирота, у него есть машина, квартира и много денег. Бизунов уверял на суде: он не верил в то, что Чернецкий осуществит свой преступный замысел. Говорит, пошел с ним «чисто ради любопытства». Из показаний Бизунова: «По дороге Чернецкий предложил убить кого-либо, так как хотел научиться убивать. Я его пытался переубедить, но не смог».
В тот же вечер, в 23.30, погостив у Саши, эти двое собрались уходить домой. Саша оделся и вышел с ними в прихожую, чтобы проводить. Он был совершенно спокоен: до этого угощал их кофе, они мирно беседовали, и у него не было повода для беспокойства. Он же не мог знать, что когда уходил на кухню, они за его спиной решали, убивать его или нет. Там, в прихожей, он получил вдруг неожиданный удар в живот, упал на пол, на его голову обрушились удары ногами. Когда зачитывали материалы дела, потрясло то, что Саша не сопротивлялся.
Приведу цитату из речи одного из адвокатов:
— Борозне сразу же был нанесен удар в область живота, я предполагаю — в печень. Это очень болезненный удар, от которого наступает болевой шок (возможна потеря сознания) и человек абсолютно перестает сопротивляться. Это было и в показаниях обвиняемых: на самом деле Борозна никакого сопротивления не оказывал. Упав на пол, он лежал практически в том же положении, в котором наступила его смерть. Он не кричал, не пытался защищаться, не подавал никаких признаков жизни (к слову, в материалах следствия указано, что Саша закрывал голову руками). Чернецкий держал Сашу за руки и ноги, пока Бизунов душил его сначала, наступив ногой на горло, предварительно накрыв его полотенцем (как он пояснял потом, не хотел, чтобы были следы крови).
Да, изначально именно Чернецкий предложил убить Сашу Борозну, но в дальнейшем события развивались так, что активную роль взял на себя Бизунов. Чернецкий в момент убийства выполнял все его команды: снять куртку и майку с погибшего, проверить пульс, протереть все поверхности, до которых они дотрагивались, водкой, потом забрать документы, вещи. Они забрали мобильные телефоны, флэшки, носки, фонарики, туфли, ноутбук, всю начинку от системного блока и 1 миллион 300 тысяч белорусских рублей.
Было неловко слушать на суде адвоката Ивана Бизунова. В качестве оправдания своего подзащитного она приводила его показания, ссылаясь на то, что, убивая Сашу, Бизунов спасал собственную жизнь. Бизунов на следствии говорил, что когда Чернецкий достал нож и замахнулся им на Сашу, якобы он в этот момент вдруг понял, что «будет не один труп, а два». Испугавшись за свою жизнь, он и стал наносить удары Саше. Странная версия для оправдания подзащитного, не правда ли?
Совершив убийство, они взяли вещи и документы из квартиры, и пока Бизунов включал пять конфорок на газовой плите (как он пояснял потом в суде, с целью сокрытия следов преступления), Чернецкий ждал его в тамбуре.
Светлана до сих пор не может поверить в случившееся. Ей постоянно хочется к Саше, она мысленно разговаривает с ним. В сыне для нее был весь смысл жизни. Говорит, что как-то ей приснилось, будто ее душат. Проснулась с мыслью: «Боже, неужели моего Сашу так душили?!...» Потом, когда читала материалы следствия, с которыми знакомилась в надежде, что Саша быстро перестал чувствовать боль, поняла, что душили его намного страшнее.
Говорит, до сих пор думает о Саше, как если бы он был жив: «Смотрю на молодежную обувь — вот эти бы туфли Саше подошли. Или в тамбуре стукнула дверь вечером — Саша! И так буквально во всем».
Светлана вспоминает тот день. Когда ей позвонили в деревню соседи, сказали о сильном запахе газа, который исходил из ее квартиры, она приехала из деревни, а Сашу уже увезли к тому времени в морг...
— Захожу в нашу квартиру, там милиции так много, как в кино... ходят... что-то непонятное.... будто не со мной... Села, хотела в какой-то момент заплакать, чувствую, не могу, ступор... Пришли какие-то страшные люди и забрали Сашину жизнь... Каждый день мне хочется отмотать время назад.
Родственники Александра Борозны, которые выступали на суде в качестве потерпевших, хоть и ходатайствовали перед судом о высшей мере наказания для убийц Саши, согласились с государственным обвинителем, потребовавшей для обвиняемых наказание: Чернецкому — 15 лет лишения свободы, Бизунову — пожизненное заключение.
— Смягчающих обстоятельств, я считаю, нет. Что касается обстоятельств, отягчающих ответственность, прошу учесть: совершение преступления с целью сокрытия другого преступления, — сказала в суде государственный обвинитель, имея в виду пять открытых конфорок на газовой плите после совершения убийства.
Очень эмоционально выступал на суде Валерий Константинович, дедушка Саши Борозны. Предоставленное ему последнее слово он начал с того, что погибший его единственный внук и что обвиняемых он раньше не видел ни разу. «И не видел бы тысячу лет уродов этих!». Ему было трудно сдерживать эмоции. Когда он рассказывал, как обнаружил внука мертвым в квартире, невозможно было сдержать слезы.
— Вся левая сторона головы у Саши была сине-черной, разбита, ухо все было черное... Видеть это невыносимо, особенно торс, посыпанный красным перцем, — эти садисты упивались тем, что делали. Это же нелюди! Как можно еще их назвать?! Мракобесы, мрази... 9 месяцев прошло, а у нас в глазах — вот это пол, разбитая голова... И вот этих два отморозка, ублюдка, еще и газ открыли, а что такое газ?! Взорвался бы и всё! Есть еще и Божий суд. Мужики мои знакомые плакали, когда я им рассказывал. Невозможно же с этим жить, а нам с этим жить до конца — мы никак от этих мыслей не уйдем. А эти сидят — холеные морды...
Когда судья дала последнее слово Бизунову, он ровным голосом с интонацией как если бы читал заученный высокопарный текст, произнес:
— Многое здесь было сказано, многое было услышано. Наверное, все что можно было доказать, уже доказано. Глупо в чем-то оправдываться, глупо и бессмысленно. Безусловно, в тот день все зависело от меня с точки зрения здравого смысла. Я виноват в случившемся...
— А ты на меня смотри, — произнесла мама убитого Саши Борозны.
— Мне нет оправданий: ни трусостью, ни желанием жить, ни ценой своей жизни спасти другого человека нельзя оправдывать такие мерзкие поступки другими, — продолжал как по писаному Бизунов. — Нет прав ни у кого из живых решать, кому жить, а кому нет. Взявшего на себя это право постигнет самая суровая кара. Была бы у меня возможность покончить со своей жизнью... Ведь можно было обойтись без этого... Можно было, только понято это было слишком поздно. Я прошу прощения, хоть и знаю, что его практически получить невозможно, но Иисус Христос сказал, что просящий прощения может его заслужить. Я надеюсь, что когда-нибудь смогу его заслужить...
— Почему не в стихах? — снова не выдержала сдержанная до сих пор мама Саши.
— Я не надеюсь на прощение. Я его не прошу..., — завершил свою речь обвиняемый.
На предпоследнем судебном заседании Чернецкого заметно трясло. После того, как ему было предоставлено последнее слово, сначала возникла продолжительная пауза.
— Я не знаю, что говорить, — произнес он скороговоркой.
Зазвучали реплики из зала: «Он совсем не раскаивается...».
— Раскаиваюсь или не раскаиваюсь, прошу прощения, но в ваших глазах я просто никто. На данный момент дать потерпевшим пистолет, чтобы они застрелили меня, было бы самым лучшим...
И вдруг обратился к отцу, сидящему в зале: «Папа, прости меня, пожалуйста...» и заплакал как-то совсем по-детски, по-настоящему.
Впрочем, мама Саши Борозны скептически настроена. Говорит, это не что иное, как истерия момента, возможно, он сам в эту секунду поверил в то, что произнес. Скепсис этот возник не на пустом месте. Следствием установлено, что убийство спланировали заранее и что после него убийцы пытались скрыть следы преступления, продумав в деталях свои действия.
Светлане сын практически не снится. Ей вообще ничего не снится. В течение первой недели после трагедии ей три раза приснился сон, будто Саша подросток, а она в это время в деревне и понимает, что Саше угрожает страшная опасность:
— Я не вижу от кого, какие-то бандиты, какая-то машина, которая вязнет в грязи, колеса прокручиваются, какие-то выстрелы и в самый последний момент мне удается спасти сына.
Родственники убитого Александра Борозны намерены обжаловать приговор, который был озвучен 7 мая.
— Мы считаем, что для Бизунова 25 лет — слишком маленькое наказание за такое жестокое убийство. Будем бороться до конца, чтобы убийцы Саши получили по заслугам. У нас уже собрано около тысячи подписей гомельчан, которые просят смертной казни этим уродам.
А еще у родственников Саши осталось много вопросов к его лучшему другу Игорю, который познакомил их сына с убийцей. Им кажется странным, что Игорь не пришел на похороны, не сразу явился по повестке к следователю, да и в суд пришел только по третьей повестке. И вообще, по их мнению, во всей этой жуткой истории осталось немало белых пятен.
От автора. Мне довелось побывать практически на всех судебных заседаниях. Изначально были непонятны мотивы убийства парня, у которого не было врагов, который не причинил никому зла. И даже теперь, когда поставлена точка в расследовании этого уголовного дела и вынесен приговор, мотив преступления, на мой взгляд, так и не установлен. Если эти двое «просто хотели научиться убивать», хотелось бы знать, с какой целью... Ведь Бизунов показал на суде, что ранее входил в группу скинхедов, которые предлагали ему совершить убийство. Если желание «научиться убивать» возникнет еще у кого-то, тогда на месте Саши может оказаться каждый из нас.
17-летний учащийся Гомельского колледжа машиностроения Андрей Чернецкий и 19-летний учащийся Гомельского медицинского колледжа Иван Бизунов признаны виновными в умышленном убийстве, совершенном с особой жестокостью в июле прошлого года.
Андрей Чернецкий, который на тот момент был несовершеннолетним (18 ему исполнилось 5 мая этого года — прим. автора), приговорен к 15 годам лишения свободы в исправительной колонии в условиях общего режима. 20-летний Иван Бизунов — к 25 годам лишения свободы с конфискацией имущества и содержанием в исправительной колонии усиленного режима.
Они хотели научиться убивать
Александр Борозна — единственный ребенок и единственный внук в своей семье. Он был всеобщей гордостью: учился на «отлично», участвовал в интеллектуальных состязаниях, о чем говорят многочисленные грамоты и дипломы, был умным и добрым парнем с чувством юмора. По окончании школы поступил в Белорусский государственный университет транспорта и успешно окончил первый курс. Будучи студентом, сдал на водительские права. Жизнь Саши набирала обороты, у него не было никаких предчувствий ранней смерти, наоборот, он строил грандиозные планы на будущее и делал все, чтобы их реализовать...
В тот день на вокзале Саша Борозна и познакомился со своим будущим убийцей.
Чернецкий рассказал тогда, что возвращается от бабушки и идти ему некуда. В те дни мама и бабушка Саши, с которыми он жил в квартире, были в деревне, и Чернецкий вместе с Игорем и еще одним другом, который присоединился к ним по дороге, остались ночевать у Саши.
Уже потом многие свидетели, дававшие показания в суде, характеризовали Чернецкого как вруна, фантазера и даже брехуна. Знакомым он говорил, что якобы идти ему некуда, отношения с отцом и мачехой не сложились. В то время как в ходе судебных разбирательств выяснилось, что отец Чернецкого неоднократно подавал заявления в милицию о пропаже своего сына, у которого была склонность к бродяжничеству.
Чернецкий напросился ночевать у Саши и 18 июля. Гостеприимный Саша кормил его и даже свои новые туфли дал поносить, когда тот пожаловался, что его обувь совсем развалилась.
19 июля Чернецкий явился к Саше домой в 22.30 вместе со своим знакомым Бизуновым, которого Саша прежде в глаза не видел.
Саша даже не догадывался, что эти двое вели разговоры об убийстве. В ходе следствия выяснилось: Чернецкий раньше говорил Бизунову, что хочет научиться убивать и даже предлагал ему сначала убить таксиста, потом знакомого диджея, потом своих бабушку с дедушкой (к слову, дедушка был на судебных заседаниях). И когда каждый из этих планов срывался по каким-то причинам, Чернецкий находил новую жертву. На этот раз в поле его зрения попал Саша Борозна.
Брехливый Чернецкий рассказал Бизунову, что якобы Саша сирота, у него есть машина, квартира и много денег. Бизунов уверял на суде: он не верил в то, что Чернецкий осуществит свой преступный замысел. Говорит, пошел с ним «чисто ради любопытства». Из показаний Бизунова: «По дороге Чернецкий предложил убить кого-либо, так как хотел научиться убивать. Я его пытался переубедить, но не смог».
В тот же вечер, в 23.30, погостив у Саши, эти двое собрались уходить домой. Саша оделся и вышел с ними в прихожую, чтобы проводить. Он был совершенно спокоен: до этого угощал их кофе, они мирно беседовали, и у него не было повода для беспокойства. Он же не мог знать, что когда уходил на кухню, они за его спиной решали, убивать его или нет. Там, в прихожей, он получил вдруг неожиданный удар в живот, упал на пол, на его голову обрушились удары ногами. Когда зачитывали материалы дела, потрясло то, что Саша не сопротивлялся.
Приведу цитату из речи одного из адвокатов:
— Борозне сразу же был нанесен удар в область живота, я предполагаю — в печень. Это очень болезненный удар, от которого наступает болевой шок (возможна потеря сознания) и человек абсолютно перестает сопротивляться. Это было и в показаниях обвиняемых: на самом деле Борозна никакого сопротивления не оказывал. Упав на пол, он лежал практически в том же положении, в котором наступила его смерть. Он не кричал, не пытался защищаться, не подавал никаких признаков жизни (к слову, в материалах следствия указано, что Саша закрывал голову руками). Чернецкий держал Сашу за руки и ноги, пока Бизунов душил его сначала, наступив ногой на горло, предварительно накрыв его полотенцем (как он пояснял потом, не хотел, чтобы были следы крови).
Да, изначально именно Чернецкий предложил убить Сашу Борозну, но в дальнейшем события развивались так, что активную роль взял на себя Бизунов. Чернецкий в момент убийства выполнял все его команды: снять куртку и майку с погибшего, проверить пульс, протереть все поверхности, до которых они дотрагивались, водкой, потом забрать документы, вещи. Они забрали мобильные телефоны, флэшки, носки, фонарики, туфли, ноутбук, всю начинку от системного блока и 1 миллион 300 тысяч белорусских рублей.
Было неловко слушать на суде адвоката Ивана Бизунова. В качестве оправдания своего подзащитного она приводила его показания, ссылаясь на то, что, убивая Сашу, Бизунов спасал собственную жизнь. Бизунов на следствии говорил, что когда Чернецкий достал нож и замахнулся им на Сашу, якобы он в этот момент вдруг понял, что «будет не один труп, а два». Испугавшись за свою жизнь, он и стал наносить удары Саше. Странная версия для оправдания подзащитного, не правда ли?
Совершив убийство, они взяли вещи и документы из квартиры, и пока Бизунов включал пять конфорок на газовой плите (как он пояснял потом в суде, с целью сокрытия следов преступления), Чернецкий ждал его в тамбуре.
«Не видел бы тысячу лет этих уродов…»
Сдержанная с виду Светлана, мама Саши Борозны, рассказала в приватной беседе, как тяжело дается ей это внешнее спокойствие. Сразу после трагедии ей пришлось обратиться за помощью к психотерапевту, сейчас она консультируется у психолога. Говорит, что в первые дни после трагедии у нее ночевали подруги, сейчас помогает работа, ученики.
— Смягчающих обстоятельств, я считаю, нет. Что касается обстоятельств, отягчающих ответственность, прошу учесть: совершение преступления с целью сокрытия другого преступления, — сказала в суде государственный обвинитель, имея в виду пять открытых конфорок на газовой плите после совершения убийства.
Очень эмоционально выступал на суде Валерий Константинович, дедушка Саши Борозны. Предоставленное ему последнее слово он начал с того, что погибший его единственный внук и что обвиняемых он раньше не видел ни разу. «И не видел бы тысячу лет уродов этих!». Ему было трудно сдерживать эмоции. Когда он рассказывал, как обнаружил внука мертвым в квартире, невозможно было сдержать слезы.
— Вся левая сторона головы у Саши была сине-черной, разбита, ухо все было черное... Видеть это невыносимо, особенно торс, посыпанный красным перцем, — эти садисты упивались тем, что делали. Это же нелюди! Как можно еще их назвать?! Мракобесы, мрази... 9 месяцев прошло, а у нас в глазах — вот это пол, разбитая голова... И вот этих два отморозка, ублюдка, еще и газ открыли, а что такое газ?! Взорвался бы и всё! Есть еще и Божий суд. Мужики мои знакомые плакали, когда я им рассказывал. Невозможно же с этим жить, а нам с этим жить до конца — мы никак от этих мыслей не уйдем. А эти сидят — холеные морды...
«В ваших глазах я просто никто»
Во время судебных заседаний на лицах убийц и в их поведении не было заметно каких-то следов раскаяния. И от этого было как-то не по себе… Правда, когда выступал дедушка Саши, они низко опустили головы и не поднимали их больше до окончания судебного заседания.
Когда судья дала последнее слово Бизунову, он ровным голосом с интонацией как если бы читал заученный высокопарный текст, произнес:
— Многое здесь было сказано, многое было услышано. Наверное, все что можно было доказать, уже доказано. Глупо в чем-то оправдываться, глупо и бессмысленно. Безусловно, в тот день все зависело от меня с точки зрения здравого смысла. Я виноват в случившемся...
— А ты на меня смотри, — произнесла мама убитого Саши Борозны.
— Мне нет оправданий: ни трусостью, ни желанием жить, ни ценой своей жизни спасти другого человека нельзя оправдывать такие мерзкие поступки другими, — продолжал как по писаному Бизунов. — Нет прав ни у кого из живых решать, кому жить, а кому нет. Взявшего на себя это право постигнет самая суровая кара. Была бы у меня возможность покончить со своей жизнью... Ведь можно было обойтись без этого... Можно было, только понято это было слишком поздно. Я прошу прощения, хоть и знаю, что его практически получить невозможно, но Иисус Христос сказал, что просящий прощения может его заслужить. Я надеюсь, что когда-нибудь смогу его заслужить...
— Почему не в стихах? — снова не выдержала сдержанная до сих пор мама Саши.
— Я не надеюсь на прощение. Я его не прошу..., — завершил свою речь обвиняемый.
На предпоследнем судебном заседании Чернецкого заметно трясло. После того, как ему было предоставлено последнее слово, сначала возникла продолжительная пауза.
— Я не знаю, что говорить, — произнес он скороговоркой.
Зазвучали реплики из зала: «Он совсем не раскаивается...».
— Раскаиваюсь или не раскаиваюсь, прошу прощения, но в ваших глазах я просто никто. На данный момент дать потерпевшим пистолет, чтобы они застрелили меня, было бы самым лучшим...
И вдруг обратился к отцу, сидящему в зале: «Папа, прости меня, пожалуйста...» и заплакал как-то совсем по-детски, по-настоящему.
Впрочем, мама Саши Борозны скептически настроена. Говорит, это не что иное, как истерия момента, возможно, он сам в эту секунду поверил в то, что произнес. Скепсис этот возник не на пустом месте. Следствием установлено, что убийство спланировали заранее и что после него убийцы пытались скрыть следы преступления, продумав в деталях свои действия.
Светлане сын практически не снится. Ей вообще ничего не снится. В течение первой недели после трагедии ей три раза приснился сон, будто Саша подросток, а она в это время в деревне и понимает, что Саше угрожает страшная опасность:
— Я не вижу от кого, какие-то бандиты, какая-то машина, которая вязнет в грязи, колеса прокручиваются, какие-то выстрелы и в самый последний момент мне удается спасти сына.
Родственники убитого Александра Борозны намерены обжаловать приговор, который был озвучен 7 мая.
— Мы считаем, что для Бизунова 25 лет — слишком маленькое наказание за такое жестокое убийство. Будем бороться до конца, чтобы убийцы Саши получили по заслугам. У нас уже собрано около тысячи подписей гомельчан, которые просят смертной казни этим уродам.
А еще у родственников Саши осталось много вопросов к его лучшему другу Игорю, который познакомил их сына с убийцей. Им кажется странным, что Игорь не пришел на похороны, не сразу явился по повестке к следователю, да и в суд пришел только по третьей повестке. И вообще, по их мнению, во всей этой жуткой истории осталось немало белых пятен.
От автора. Мне довелось побывать практически на всех судебных заседаниях. Изначально были непонятны мотивы убийства парня, у которого не было врагов, который не причинил никому зла. И даже теперь, когда поставлена точка в расследовании этого уголовного дела и вынесен приговор, мотив преступления, на мой взгляд, так и не установлен. Если эти двое «просто хотели научиться убивать», хотелось бы знать, с какой целью... Ведь Бизунов показал на суде, что ранее входил в группу скинхедов, которые предлагали ему совершить убийство. Если желание «научиться убивать» возникнет еще у кого-то, тогда на месте Саши может оказаться каждый из нас.
Реклама
