Время расплаты, или Жилье мое

Подобно булгаковской Маргарите, она входила и выходила из своей квартиры через окно. И однажды назад не вернулась. Хозяйки дома не было, а задолженность по коммунальным платежам все росла и росла…

СЕЛО МИЛЕЕ

В небольшом населенном пункте все друг друга знают, а когда у человека беда — помогают всем миром. Именно на это и надеялась Светлана, покидая 15 лет назад свой родной город, который напоминал ей об утратах и причинял боль. Она была уверена, что на новом месте начнет счастливую жизнь. Женщина обменяла свое жилье в областном центре на квартиру в Зябровке Гомельского района, куда привезла троих детей: мальчика и девочку школьного возраста да новорожденную малышку. Бывшая гомельчанка рассказала новым знакомым о постигшем ее горе. Несколько лет назад умер муж. Тогда одна пенсионерка сразу задала не совсем корректный, но очень интересующий ее вопрос: а кто же тогда отец грудничка? Светлана со слезами на глазах рассказала, как рассчитывала найти опору во втором муже и даже родила от него ребенка. Но мужчина не выдержал семейного бремени и ушел. Когда Светлану стали часто видеть подшофе, сочувствующих ей поубавилось, но сердобольные граждане все еще поддерживали женщину. Кто словом, кто вещами для детей, а кто и деньгами. Рюмку-другую оправдывали тяжелой судьбой. Мол, мало ей семейных бед, так еще и риелторы подвели. Светлана уверяла, что за городскую квартиру агенты по недвижимости обещали завалить деньгами, но в итоге она осталась у разбитого корыта. Как тут не выпить? И женщина упивалась своим горем.

ВАТА ТОЖЕ ЕДА

Участкового инспектора милиции Анатолия Грищенко не разжалобили ее душещипательные рассказы. Встречая женщину на улице, страж правопорядка разговаривал с ней о вреде алкоголя. Убеждал, что матери троих детей негоже себя так вести. В общем, проводил профилактическую работу. Светлана же объясняла, что уже бросила дурную привычку и в лечении не нуждается. Видя, что семья требует к себе повышенного внимания, милиционер решил навестить ее на дому. А когда заглянул к ней, то оторопел от удивления. — Это была не квартира, а притон, — вспоминал милиционер. — Там собрался местный “бомонд” — пьяницы и бомжи. Я жил недалеко, поэтому регулярно посещал эту квартиру и выгонял незваных гостей. Мы уже было собрались подавать документы на лишение родительских прав. Однако непутевая мать горячо убеждала, что сможет сама разобраться с навалившимися на нее проблемами. Обещала исправиться. Но только все так и осталось. У Светланы закончился декретный отпуск, и местные жители предложили ей устроиться на птицефабрику. Это предприятие заботится о своих сотрудниках. Из Зябровки их отвозят на работу на служебном автобусе и привозят обратно. Но “заботливая” мать объясняла, что не может оставить детей без присмотра. Старшие сын и дочка подросли и поступили в одно из гомельских училищ. О том, как они осваивали науку, вспомнили в местном домоуправлении: “К нам звонили преподаватели, разыскивали детей, спрашивали, почему они не посещают занятия. Мамашу тогда так и не нашли”. Когда двое отпрысков Светланы стали совершеннолетними, то она перестала получать на них материальную помощь. Ей и раньше не хватало денег, а тут такое резкое ограничение доходов. Однако женщина и после этого не пошла трудоустраиваться. У нее оставалось еще одно детское пособие — на младшую дочь. О своей девочке беспечная мать вообще не думала. Дошло до того, что голодная дочка Светланы вырывала вату из матраца, на котором спала, и ела ее. Об этом рассказали очевидцы, побывавшие в злополучной квартире. После такого случая с безалаберной матерью не стали церемониться. Ее лишили родительских прав, а трое детей были переданы двум опекунам.

БЕЗ ОКОН И ДВЕРЕЙ

Оставшись без доходов, Светлана все равно не устроилась на работу. Она решила заняться торговлей. Продавала все, что могла найти в своем жилище. Отдав газовую колонку, стала обходиться без горячей воды. Обменяла на спиртное и газовую плиту — все равно еду не готовила. Дошло до того, что исчезли межкомнатные двери и водопроводные краны, перестал работать унитаз. Дверной замок также был ей не нужен, так как входная дверь не закрывалась. Как сообщили в ремонтно-эксплуатационном центре “Зябровка”, квартира превратилась в помойку. В домоуправлении решили, что на этой жилплощади уже никто не проживает, и входные двери были забиты досками. Тогда хозяйка квартиры стала попадать в нее через окна, стекла в которых отсутствовали. А однажды, выпрыгнув из проема окна, она исчезла. Светлана перестала платить за жилье еще в 2006 году. Спустя три года просроченная задолженность по квартплате и коммунальным услугам достигла почти 1,5 миллиона рублей. А вместе со штрафными санкциями общая сумма долга превысила 3 миллиона рублей. Коммунальное жилищное унитарное предприятие направило в суд материалы о принудительном взыскании долга со Светланы и ее детей. Кроме этого, поступила просьба о расторжении договора найма жилого помещения с нерадивыми жильцами. Районный суд иск удовлетворил. Однако его решение отменил президиум област­ного суда. Дело было направлено на новое рассмотрение.

ВОЗРОЖДЕНИЕ ЖИЛЬЯ

В ходе судебных разбирательств было установлено, что все трое детей до сих пор проживают у опекунов. Старших ребят приютила их родная бабушка, а младшенькую — дядя. Квартира в Зябровке решением райисполкома была закреплена за детьми. Но из-за вандального отношения она оказалась непригодной для проживания. Поэтому старшие дети Светланы, даже став взрослыми, не могли там находиться. В итоге нового рассмотрения гражданского дела судом Гомельского района Светлана лишилась жилья, однако за детьми были оставлены права на эту квартиру. В том, что она пришла в негодное состояние, дети не виноваты. Это их непутевая мамаша не рассчиталась по платежам. На ней, кстати, до сих пор висит долг. Как стало известно, старшие дети Светланы собираются обзавестись своими собственными семьями в областном центре и не претендуют на жилье в Зябровке. А вот самая младшая думает туда вернуться. По крайней мере, такое намерение озвучил ее дядя. Кроме того, именно он решил проблему с ремонтом. Мужчина нашел человека, который согласился восстановить квартиру за право четырехлетнего проживания в ней без оплаты. Чтобы не возникло недоразумений, все детали были оговорены в заключенном между сторонами договоре. Теперь в некогда пустующих проемах окон стоят стеклопакеты. В квартире настелены новые полы, установлена современная сантехника, появились красивые межкомнатные и укрепленная входная двери. Как сообщили в райжилкомхозе, жилье уже сейчас приведено в исходное состояние. Так что у младшей дочери Светланы появилась своя благоустроенная квартира. Но вернется девушка в нее только по достижении 18 лет. Именно так указано в договоре со сделавшим капитальный ремонт и временно проживающим в этой квартире человеком. Если бы собственник квартиры (Светлана не приватизировала жилье) своевременно принял меры по сохранности жилого помещения, закрепленного за детьми-сиротами, то, скорее всего, не возникло бы такой неловкой ситуации с квартирой. Не исключено, что судьбы этой женщины и ее детей сложились бы иначе. К слову, эта лишенная родительских прав мать никуда не исчезла. Здоровье у нее уже не то. Длительные пьянки-гулянки бесследно не проходят. Выглядит Светлана гораздо старше своего возраста. Как она ни крутилась, но все-таки ей пришлось устроиться на работу, чтобы выплачивать просроченную задолженность за коммунальные услуги.

К сведению

Наталья ПУГАЧЕВА, начальник отдела суда Гомельской области: — В минувшем году в связи с задолженностью по уплате коммунальных услуг районные суды приняли решения о выселении 36 ответчиков с предоставлением другого жилого помещения, а без предоставления — 119. Елена ГРЕЧКО, начальник юридического отдела управления ЖКХ облисполкома: — Сумма задолженности за коммунальные услуги 28 тысяч семей за 2010 год составила 4,7 миллиарда рублей. В первом квартале этого года она превысила 5 миллиардов рублей, а число задолжавших семей увеличилось до 30 тысяч.