Наш корреспондент решила выяснить, почему на рынке недвижимости процветают “черные маклеры” и как живется их жертвам. Две семьи, которые давно уже знакомы, после этой роковой сделки прервали всяческие отношения. Теперь они встречаются только в судах... Причины, побудившие взяться за дело Три месяца назад я начала изучать приговор суда Центрального района г. Гомеля в отношении Зинаиды Константиновны Музыкиной, которая с 1997 по 2003 годы совершила ряд преступлений. Приговором вышеуказанного суда от 16 марта 2005 года Музыкина осуждена на 9 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Скрупулезно вникая в каждую строчку приговора, поймала себя на том, что не могу избавиться от назойливой мысли: “Каким образом женщина, у которой не было лицензии на право совершать сделки с недвижимостью, несколько лет вертела и крутила службами и людьми как ей заблагорассудится?” Обладая изрядной долей скепсиса, позволила себе усомниться в том, что все ограничивается лишь чьей-то доверчивостью и юридической безграмотностью. Пока один мошенник “мотает срок”, на “теневом рынке” появляется другой, за ним — третий. Одно из двух: либо есть какая-то брешь в законодательстве, либо действует давно отлаженный механизм. Пришлось выйти за рамки документов, любезно предоставленных правоохранительными органами, и провести собственное независимое расследование. Я никогда не питала особой симпатии к жертвам мошенников, и все, что хотелось бы им сказать, так это банальное “Сами виноваты”. Но в данном случае интерес к этой стороне дела вызвало весьма любопытное, на мой взгляд, обстоятельство. Решением суда Советского района г. Гомеля из квартиры на улицу (“без предоставления жилья”) должна быть выселена многодетная семья Исакович с 4 маленькими детьми. Случай, напрямую связанный с делом Музыкиной и, как мне кажется, беспрецедентный. Кто стоит на защите прав ребенка в таких ситуациях? Должны ли дети расплачиваться за ошибки родителей?
“Выпустите Зину, она — хорошая!” Впервые в своей журналистской практике отступаю от святого для меня правила: пишу о человеке, которого ни разу в жизни не видела. На две мои попытки встретиться Музыкина ответила отказом. И, тем не менее, рискну воссоздать ее “профессиональный” портрет, составленный по рассказам людей, знающих ее и причастных к этому делу. Удивительно, но все отзываются о ней как о приятной женщине, у которой не сложилась жизнь. Даже ее многочисленные жертвы умоляли судей: “Выпустите Зину, она — хорошая!” “Хорошая Зина” или “тетя Зина”, как ее называют многие, работала именно с тем контингентом, на который она могла производить особое впечатление. Это, как правило, родственники, у которых в семье разлад, либо алкоголики, либо одинокие престарелые. У многих ее “клиентов” были задолженности по квартплате. Музыкина кому денег займет, кому нальет, кого просто выслушает, приголубит чьих-то деток — просто мама родная! Находила она этих людей и через знакомых, и по объявлениям в газете, и по спискам неплательщиков, которые вывешиваются ЖЭУ. Приходила к ним домой, говорила, что скоро их выселят за неуплату, обещала погасить задолженность и подыскать жилье поменьше с доплатой. Надо отдать должное, Музыкина проявляла чудеса риэлторского искусства: выселяла жильцов из квартир в сельскую местность. Предлагая непригодное для жизни помещение, обещая его отремонтировать. Потом забывала. Она даже умудрилась устроить фиктивный брак. Приватизировала квартиры и продавала их. Там, где лицевой счет жилья был поделен между родственниками, сначала обрабатывала одного, потом другого, и жилплощадь плавно переходила в ее владение. Удивительно, но факт: люди писали доверенности на ее имя, давали ей паспорта, и даже вполне приличные граждане вручали ей крупные суммы денег на покупку жилья, не требуя взамен расписок.
Из приговора суда: Свидетельница Елена Михайловна: “Музыкина говорила, что у нее везде знакомые, “все схвачено”, что за один день она может произвести любое оформление. При этом просила доверенность на ее имя на право распоряжаться квартирой для более быстрого оформления документов”. Согласно приговору суда, всего за вышеуказанный период Музыкина путем обмана и злоупотребления доверием завладела имуществом и приобрела право на имущество граждан на общую сумму 107 545 090 рублей.
Промашка вышла, однако Если бы Федорцовы (по просьбе этой семьи их фамилия изменена, все остальные фамилии в статье — реальные — прим. автора) не обратились в правоохранительные органы (в деле Музыкиной 17 эпизодов, но они единственные, кто обратился в милицию), — вполне возможно, что “тетя Зина” продолжала бы еще несколько лет “успешно помогать” гомельчанам съезжаться и разъезжаться. В конце концов, сходили же ей с рук незаконные сделки несколько лет! Общеизвестно, что правоохранительные органы не спешат возбуждать уголовные дела по единичным фактам мошенничества, поскольку действия лица, не выполнившего своих обязательств, могут быть и непреднамеренными, в них отсутствует злой умысел — просто какие-то форс-мажорные обстоятельства помешали выполнить обещанное в срок. Да и маклер ведь не ведет своего клиента к нотариусу под дулом пистолета. Асоциальные граждане в момент оформления сделки думают только об одном: как побыстрее получить доплату за квартиру, чтобы было на что сбегать в магазин. Подписывают, не глядя, любую бумагу там, куда ткнут пальцем. Даже в редкие минуты просветления, когда до них доходит, что их “кинули”, они не в состоянии не то что в милицию обратиться или (что еще нелепее) иск в суд подать, а даже трезво подумать над тем, что с ними произошло. Федорцовы — единственные из всех потерпевших от действий Музыкиной обратились в суд с гражданским иском о возврате жилья. В это время уже велось следствие по уголовному делу Музыкиной, ее фотографию прокрутили по телеканалу “Нірэя”, после чего пошли звонки от пострадавших, и, как результат, — появление новых эпизодов мошенничества. После кропотливой работы следователи передали 10-томное дело в суд Центрального района г. Гомеля. Гражданское дело по иску Федорцовых о признании сделки недействительной, которое рассматривалось в суде Советского района, было временно приостановлено до вынесения приговора суда Центрального района по уголовному делу Музыкиной.
История одного обмена (обмана) С участниками этой (роковой не только для них, но и для Музыкиной) сделки мне довелось тесно общаться на протяжении всей работы над статьей. Жизнь, которую они ведут, начиная с 2002 года, похожа на кошмар. Наталья Исакович познакомилась с Зинаидой Музыкиной в 2000 году по объявлению в газете. Тогда Музыкина помогла Наталье разъехаться с матерью. Обмен прошел успешно, и Исакович доверяла Зинаиде целиком и полностью. Через год Наталья с мужем решили расширить жилплощадь, потому что в однокомнатной квартире с двумя маленькими детьми (Наталья на тот момент была еще беременна двойней) было тесновато. Так совпало, что Валентина Петровна Федорцова надумала разъехаться с двумя взрослыми дочерьми — Галиной и Екатериной, с которыми она жила в трехкомнатной государственной квартире. Обе семьи были знакомы несколько лет: их матери дружили, а Наталья Исакович и Екатерина Федорцова учились раньше в параллельных классах одной школы. У Федорцовых было не самое лучшее финансовое положение, поэтому они хотели получить взамен своей квартиры два жилья и доплату. На том и порешили. Юридические тонкости в решении квартирного вопроса доверили утрясать Музыкиной. — Валентина Петровна в этом ничего не смыслила, — пояснила Наталья, — а у меня тяжело протекала беременность. Приходилось подолгу лежать в больнице на сохранении. Я заплатила Зинаиде 500 “условных” за услуги. Впоследствии всеми формальностями занималась она. Судом Центрального района установлено, что Наталья, помимо этой суммы, передавала Музыкиной деньги на оформление документов, на расходы по приватизации трехкомнатной квартиры Федорцовых, на доплату и приобретение для них двух квартир. В общей сложности, по подсчетам Натальи, это около 10 тысяч долларов (рыночная стоимость 3-комнатной квартиры в ценах 2002 года). Судом также установлено, что Федорцовыми по этой сделке получены доплата и одна квартира. А деньги на вторую квартиру присвоила себе Музыкина. …Вселяясь с семьей в квартиру Федорцовых, Наталья была уверена, что Зинаида выполнит обязательства. Вскоре родилась двойня. Наташа оплатила задолженность по коммунальным платежам, оставшуюся от Федорцовых, сделала в квартире дорогой ремонт. У Федорцовых все сложилось не столь благополучно. Зинаида долго водила их за нос: вселяла в часть дома, которая была уже продана другим людям, предлагала неприемлемые для нормальной жизни варианты. Наконец предоставила малосемейку по проспекту Космонавтов, которая и была оформлена на Екатерину. Дальнейшие действия Екатерины не поддаются логическому объяснению: она сразу же переоформила эту малосемейку на своего знакомого, который обещал отдать деньги за квартиру с процентами. В итоге — ни квартиры, ни знакомого, ни денег. На этом этапе Федорцовы забили тревогу: где еще одно положенное им по сделке жилье? Ошибка Исакович была в том, что она искренне считала, что выполнила обязательства со своей стороны, поэтому и не стала вместе с Федорцовыми обращаться в правоохранительные органы. Наталья была уверена, что Музыкина доведет сделку до конца, и в ответ на претензии Федорцовых говорила: “Все вопросы к Зине, я отдала ей деньги”. Уже сейчас, так сказать задним умом, все участники этой сделки понимают, насколько они были беспечны. Забегая наперед скажу, что на данный момент Федорцовы практически бомжуют: Валентина Петровна живет в каком-то бараке, ее дочери — по друзьям-знакомым, у них нет ни жилья, ни прописки. А семья Исакович, выложившая кругленькую сумму на покупку трехкомнатной квартиры, уже четыре года живет в ней как на иголках с одной лишь мыслью “выселят — не выселят”. После того как суд Советского района признал сделку недействительной, Наталья подала кассационную жалобу в областной суд. Но и там решение оставили без изменений, хотя присутствующие на суде юрист администрации Советского района А. Ю. Бондаренко и инспектор по охране прав детства отдела образования Советского района Н. Ф. Шапорова были не согласны с решением суда Советского района. Согласно этому решению Наталья должна получить от Федорцовых чуть больше 12 миллионов белорусских рублей и освободить квартиру. Сейчас на эту сумму в Гомеле можно разве что комнату с подселением купить. Теперь две семьи ломают голову над одним и тем же вопросом, где раздобыть денег? Федорцовы — для того, чтобы рассчитаться с Натальей и въехать в свою прежнюю трехкомнатную квартиру, а Исакович — для расходов на судебные издержки, чтобы опротестовать решение о выселении своей семьи в высших инстанциях. Ведь после рассмотрения кассационной жалобы в областном суде, которое проходило на прошлой неделе, семья по документам осталась без крыши над головой. Судьи областного суда, при рассмотрении кассационной жалобы, не задали вопрос Исакович о дальнейшей судьбе ее многодетной семьи. А ведь дело это — не из ряда обыденных. Я поинтересовалась: сколько дел за год по искам граждан о признании сделок с недвижимостью недействительными слушается у нас в области? Оказывается, что цифру эту можно будет узнать только в конце года. Поэтому привожу статистику по республике. По данным Интерфакса ежегодно белорусские общегражданские суды рассматривают примерно 200 аналогичных исков. Удовлетворяются судами около 120 из них. Это, как правило, сделки, совершаемые с помощью “черных маклеров”. И Федорцовы, и Исакович принесли мне письма, которые присылала им Музыкина из мест не столь отдаленных практически в одно и то же время, когда шло следствие. Приведу парочку цитат, которые очень хорошо характеризуют Музыкину как человека. Вот что она пишет Наталье Исакович: “Деточка, я тебя еще раз убеждаю, квартиру у тебя никто не заберет, потому что у тебя дети мал мала меньше и все несовершеннолетние, а сама ты в декрете. Поэтому не волнуйся. Ты знаешь, я фанат детей, и не смогу, чтобы твои карапузы мне не улыбались…” А вот это послание Валентине Петровне Федорцовой: “Если на суде вы будете валить все на меня, в результате вам назначат от меня выплату денег в сумме 5 миллионов 225 тысяч. Но проблема в том, когда я выйду, я не буду вам выплачивать эти деньги, суд не имеет права из пенсии высчитывать иски. Вы должны написать протест в прокуратуру Гомельской области и указать, что вы не согласны с таким видением дела и что вы хотите вернуть себе именно свою квартиру и не хотите больше ничего. Кричите криком, …прошу возобновить гражданское дело на признание договора купли-продажи недействительным…” Оставлю эти письма без комментария. По-моему, и так все понятно.
Наталья ПРИГОДИЧ (Окончание в следующем номере “ГП” за 3 декабря) Фото Олега БЕЛОУСОВА
