И горьким был процесс прощанья

При организации похорон можно столкнуться с непредвиденными
обстоятельствами. Полные сил, энергии, планов на будущее, мы испытываем
некую неловкость, когда наши старенькие бабушки или мамы показывают,
где лежат вещи, приготовленные ими "на смерть".... Ну, к чему все это? Придет время, тогда все и решится...
Так уж устроен человек: гонит от себя неприятные мысли, старается фокусировать внимание на чем-то позитивном. А похороны — это всегда трагедия. Готовиться к ним заранее жутковато даже. Соответственно все неприятности-шероховатости, возникшие в процессе траурной церемо-нии, мы молча проглатываем, не вынося их на всеобщее обсуждение. Неловко, знаете ли. И уже после нас с теми же проблемами сталкивается еще кто-то, а за ним еще и еще...

Не по-людски все как-то
Меньше всего хотелось бы делать упор на правомочность действий тех, кто оказывает ритуальные услуги. Хотелось бы порассуждать: что же все-таки стоит за выражением "отдать по-следние почести". Задуматься над этим заставил разговор с нашим читателем Леонидом Сидоренко. После того как он похоронил своего отца, прошло 4 месяца, но у него и всех близ-ких родственников до сих пор не пропадает горький осадок: не по-людски все было, не за-служил отец такого убогого пути на погост.
?Как только узнали о скоропостижной кончине отца, родной брат Леонида по рекомендации знакомой Серенковой обратился к индивидуальному предпринимателю Егору Вовнову, ока-зывающему ритуальные услуги.
Тело покойного нужно было забрать из морга и привезти сначала в квартиру, где он прожи-вал, а потом похоронить на малой родине, в деревне, что в 55 километрах от Гомеля.
В этот же день, когда тело покойного доставили в квартиру, Леонид и его родственники по-интересовались у Вовнова условиями захоронения и оформления договора на услуги. Пред-приниматель вручил свою визитку, на обратной стороне которой было написано ?работаем по принципу доверия?.
? Я удивился: как это? ? рассказывает Леонид. ? А он пояснил: ?Мы хороним, а все дого-воры и расчеты потом?. Здесь же при нас написал на бумажке, сколько что будет стоить. Во-прос о деньгах не стоял. Хотелось, чтобы все прошло на должном уровне. Доверие ? это все-гда хорошо, это дорогого стоит. Но в данном случае оно закончилось как раз в тот момент, когда надо было выносить гроб из дома. Вовнов подошел ко мне, похлопал по плечу: ?Надо рассчитаться с рабочими?. ?Сколько?? ? спрашиваю. ?Всю сумму?. Какие разговоры в этот момент?! Рассчитывались прямо на глазах у потрясенных родственников и соседей, взамен не получив никаких документов.
Да уж, в такой момент вряд ли станешь отказываться от предоставляемых услуг и искать дру-гую контору. Похороны ? скоротечный процесс, который уже не остановишь...
? Это же был позор, когда гроб практически бросили в могилу так, что тело оказалось голо-вой вниз. Бабки деревенские даже охнули, им показалось, что гроб рухнул. А до этого, прие-хав на кладбище, мы вышли из катафалка, подошли к могиле, ждем. Гроб не несут, ? про-должает рассказывать Леонид. ? Сначала я думал, так надо: есть же процесс прощания. А потом смотрю, это ?так надо? затягивается. Подошел, спрашиваю, в чем дело, а они сидят, водитель катафалка и рабочий: ?А что, некому нести? Нас только двое?. Тут же набираю но-мер телефона, указанного на визитке, и слышу то же самое: ?Что за проблема? У вас столько родственников, что, некому нести??. Пришлось организовывать родственников, хотя это не принято. Наша семья такое захоронение отца расценивает как оскорбление памяти о нем.
После похорон мысли о том, что этого так оставлять нельзя, не давали всей семье покоя. Не получив должного объяснения и извинения от предпринимателя, решили искать ответ в офи-циальных инстанциях. В заявлении на имя главы администрации Советского района Леонид указал, что конкретно не устроило в организации похорон отца.

Претензии Леонида заслуживают не только понимания, но и осознания. Прочитав их, каждый нормальный человек поймет, почему семья не оставила это дело просто так.
- Опоздание в морг более чем на полчаса.
- Катафалк с телом покойного долго кружил по городу, собирая в разных местах работ-ников фирмы, причем двигался со скоростью до 80 километров в час, в результате чего тело в гробу сместилось.
- После доставки гроба в квартиру тело покойного в присутствии родственников по-правлялось так: работник фирмы, крепко сжав голову покойного двумя руками, неожи-данно резко потянул все тело покойного на себя!
- Работники фирмы были одеты в неопрятные джинсы и майки без рукавов, выставляя напоказ далеко не высокохудожественные наколки.
- Первоначально Вовнов сказал, что все расчеты за оказание услуг будут производиться после захоронения.
2 августа в момент выноса тела из квартиры потребовал всю сумму (680 тысяч рублей) и, только получив деньги, разрешил работникам погрузить гроб в катафалк и доставить для захоронения в деревню Недосека Буда-Кошелевского района. Водитель катафалка тут же стал звонить по мобильному телефону с претензиями: его, мол, не предупредили, что нужно везти так далеко и что он не поедет. Но все же поехал.
- За городом катафалк двигался со скоростью более 80 км в час, постоянно отрываясь от следовавшего за ним автобуса с родственниками. На замечания не торопиться води-тель реагировал грубо.
- Во время прощания у гроба оба работника фирмы, находясь рядом, громко разговарива-ли по мобильникам. Просьбы прекратить разговоры игнорировали.
- Засыпка могилы, установка креста и ограды проходила под руководством и непосред-ственным участием родственника усопшего.

Впрочем, это еще не все злоключения. Уже после похорон книгу замечаний и предложений по первому требованию Леонида предприниматель не предоставил, ссылаясь на то, что заказ-чик не он, а его брат. Но Леонид стоял на своем, и через несколько часов книгу замечаний и предложений почему-то привезла Светлана Серенкова, заведующая столовой ?Сантэп?. Лео-нид поинтересовался, почему книга предпринимателя у нее на руках. ?Потому что я посред-ник?, ? ответила она. Леонид, сделав в книге запись, сказал, что отдаст ее на руки только хозяину. Выяснилось, что предприниматель, оказывается, в это время сидел в машине, на ко-торой они приехали вместе с заведующей столовой.
Но и это еще не все. Дальше почти как в жанре детектива. После этого странного контакта Леониду на мобильный стали поступать не менее странные звонки: вначале это было молча-ние в трубку, а затем ? угрозы и ненормативная лексика. Это продолжалось несколько суток. Он обратился в милицию с просьбой установить, кому принадлежит этот номер телефона.
Участковый инспектор 2-го ГОМ ЖОВД г. Гомеля Владимир Мишаков, который занимался проверкой этого факта, комментировать ситуацию для газеты отказался, сославшись на то, что не имеет права разглашать данные по этому материалу. Но все же пояснил, что между Леонидом Сидоренко и звонившим на его телефон человеком ?действуют гражданско-правовые отношения, точку в которых может поставить только суд?.
Вот что написано в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела, которое было выдано в милиции Леониду Сидоренко: ?в ходе проведенной проверки было установлено, что телефонные звонки осуществлялись с телефона, который принадлежит Р. Н. Беланову. Кроме того, в ходе проверки было установлено, что Беланов является зятем С. М. Серенковой?. В этом же документе указано, что в милицию были вызваны оба и оба отрицали, что такой факт имел место. Все завершилось профилактической беседой.
Такой же профилактической беседой, уже для предпринимателя Вовнова, завершилось и за-седание административной комиссии Советского района.
В итоге Леонид Сидоренко получил на руки документ, в котором Вовнов благодарит его (!!!) ?за недостатки, выявленные в нашей работе? и приносит извинения ?за причиненные неудоб-ства?. Казенно, официально и, заметьте, только на бумаге.
? Неужели они в этом бизнесе настолько очерствели, что даже не считают нужным изви-ниться чисто по-человечески? Не только передо мной, потому что я написал заявление на имя главы администрации района, а перед моей матерью и всей нашей семьей? ? недоумевает Леонид. ? Вместо того чтобы взять часть забот на себя, они нам их создали. Они рассчиты-вают на большое горе, замутненное состояние, на то, что человек ни до ни после не станет разбираться ? не до этого. У них в голове не укладывается, что у нас есть какие-то претен-зии. Хотя бы выслушали их, чтобы не повторять впредь. Если бы извинились сразу, можно было бы списать все на неопытность. Но разговор проходил в такой плоскости: ?Что вы хо-тите? Вы хотите денег?? Вовнов даже предлагал брату компенсацию, хотя мы вообще не поднимали этот вопрос.
Зная о том, что у каждого своя правда, звоню Егору Вовнову:
? Вы для себя извлекли какой-то урок из этой ситуации?
? Клиенты разные бывают, есть нескандальные, есть скандальные. Бог им судья. Больше ни-чего ответить не могу?

Конкуренция на рынке ?скорбных услуг?
Недавно мне тоже довелось хоронить близкого человека. В отличие от Леонида мне повезло, если это слово вообще применительно к данной ситуации. Претензий к услугам частной по-хоронной конторы нет. Наоборот ? осталось только чувство благодарности за то, что все прошло чинно и ладно. Сотрудники частной похоронной конторы безо всяких просьб выдали нам на руки договор об оказании услуг. Все было вовремя, тихо, спокойно, достойно.
Зато возник вопрос другого плана: каким образом похоронным агентам становится известно о том, что в доме есть покойник? Когда мы позвонили в ?скорую? и сообщили о том, что наш родственник умер, буквально через 5 минут начали поступать звонки об оказании ритуальных услуг. Конечно, никакого криминала здесь нет. Возможно, для человека, у которого в этот момент сознание на грани помешательства, не так уж и плохо, что не нужно тратить сил, ко-торых нет, и времени, которого тоже нет, на поиски подобных контор. Любопытно, что когда мы спрашивали у каждого из позвонивших, будет ли составлен договор, слышали один и тот же ответ: ?Договор ? это лишнее?. На наш отказ и информацию о том, что мы уже обрати-лись в другую похоронную контору, звонившие предлагали оказать те же самые услуги, но гораздо дешевле.
На самом деле ответ на мой вопрос лежит на поверхности: похоронный агент может полу-чить информацию о покойнике только из двух источников ? это либо врач ?скорой помо-щи?, либо участковый инспектор милиции.
Что касается медиков, то еще в прошлом году в одном из своих интервью с главным врачом Гомельской городской больницы скорой медицинской помощи Николаем Кишко я поинтере-совалась, есть ли какие-то официальные договорные отношения подведомственной ему службы с похоронными конторами.
? В учреждении больницы скорой помощи ни одного договора с похоронными структурами нет. И не было никогда! ? ответил он тогда. ? Врачи ?скорой помощи? констатируют смерть и оповещают об этом милицию. Или милиция вызывает ?скорую?, чтобы зафиксиро-вать летальный исход. Трудно сказать, на каком этапе происходит утечка информации. Од-нажды был случай, когда врач нашей службы сообщил похоронному агентству адрес покой-ного. Но это был единичный случай. Нам пришлось тут же расстаться с этим человеком.
На всякий случай перезваниваю Николаю Николаевичу, чтобы выяснить, были ли за послед-нее время аналогичные случаи?
? Не было. Ни одного. Все записи разговоров диспетчерской службы с любым позвонившим автоматически записываются на компьютер. Это исключает возможность такого рода звон-ков. К тому же мы постоянно проводим профилактические беседы с бригадами врачей ?скорой помощи? о недопустимости такого рода ?сотрудничества??
А как в этом плане обстоят дела в милиции? Как сообщил начальник управления собственной безопасности по Гомельской области полковник милиции Геннадий Ермольчик, в конце сен-тября была проведена служебная проверка по анонимному обращению, касающемуся сотруд-ничества милиционеров с предпринимателями, оказывающими ритуальные услуги.
В анонимке сообщалось, что три участковых инспектора, а также два оперативных дежурных оперативно-дежурной службы ОВД администрации Советского района сообщали двум инди-видуальным предпринимателям, оказывающим ритуальные услуги, информацию о посту-пающих по рации сообщениях об обнаружении трупа либо смерти человека. В письме указы-валось, что за предоставленную информацию предприниматели передавали сотрудникам ми-лиции денежное вознаграждение в сумме от 50 до 120 тысяч рублей. При проверке эти факты не подтвердились.
Дальше ? практически продолжение лихого детективного сюжета. Оказалось, что анонимку писал не кто иной, как бывший сотрудник милиции участковый инспектор отделения охраны правопорядка и профилактики старший лейтенант милиции Шумский (фамилия изменена, так как в настоящее время дело передано в прокуратуру). Итог анонимки вышел обескуражи-вающим: оказалось, что Шумский, еще будучи милиционером (а уволен он из органов в сере-дине февраля этого года), похитил в одном из кабинетов ОВД администрации Советского района радиостанцию ?Спутник?. Прослушивая милицейский канал, он узнавал о передавае-мых фактах смерти и тут же по мобильному сообщал эту информацию предпринимателю. Если родственники умершего соглашались на оказание услуг по захоронению, то Шумский получал свои 50 тысяч рублей. Обслуживая не одну сотню вызовов, он ?работал? таким обра-зом полгода.
К слову, информация о покойниках становится источником дополнительных нелегальных доходов не только в Беларуси. Конкуренция на рынке похоронных услуг существует и в со-седних странах, причем по той же откатанной схеме.
Вероятно, кто-то скажет: ну и что, в чем здесь криминал? Человек все равно уже умер, его не спасти, что ж здесь такого, если ?гробовых дел мастерам? сообщит об этом врач или мили-ционер. Но все не так уж и просто. Не по себе как-то, знаете ли, когда за сообщение о смерти получают деньги люди, профессии которых призваны защищать нашу жизнь.
Как-то в приватном разговоре сотрудник специальной службы, которая осуществляет достав-ку по Гомелю умерших или погибших граждан судмедэкспертам, сказал, что предпринимате-ли, оказывающие ритуальные услуги, обращались к нему и его сослуживцам с просьбой опе-ративно сообщать информацию о местонахождении покойника. Сулили при этом денежное вознаграждение. ?Хоть наши ребята не имеют дело с ипэшниками, они все равно умудряются раньше нас приехать к месту, откуда мы должны забрать покойника?, ? сказал он.
Помимо государственного предприятия по оказанию ритуальных услуг скорбным бизнесом в области занимается больше десятка индивидуальных предпринимателей, которые уплачива-ют единый налог в размере от 20 до 40 евро в месяц. Возьму на себя смелость сказать, что, исходя из некоторых неофициальных данных, на этом зарабатывают и дельцы-нелегалы. Так что вполне естественно, что при такой конкуренции каждый стремится узнать информацию как можно оперативнее ? шансы заполучить ?клиента? возрастают.

А может быть, деньги все-таки пахнут?
Мой коллега, которому недавно пришлось хоронить тещу, сказал, что он воспользовался ус-лугами государственного спецкомбината. В течение 10 минут с помощью сотрудников этого учреждения он сделал заказ на гроб, крест и венки, и уже через час, как и было обещано, была предоставлена машина для перевозки ритуальных принадлежностей в сельскую местность. Никаких нареканий в адрес службы у коллеги тоже нет — работает спецкомбинат круглосуточно, в наличии продукция на любой возраст и кошелек. Исходя из собственного опыта, могу сказать, что в принципе вопрос не стоит, в какую контору обращаться ? частную или го-сударственную. В этом деле не последнюю роль играет человеческий фактор.
? За 10 месяцев наше предприятие оказало населению услуг на 3 миллиарда белорусских рублей. 50% всех оказываемых услуг приходится на долю предпринимателей, оказывающих ритуальные услуги. Причем мы работаем по фиксированным расценкам, а они устанавливают их по своему усмотрению. Кстати, некоторые представляются клиентам как работники фи-лиала Гомельского спецкомбината. Так вот, никакого филиала у нас нет, ? говорит директор ОАО ?Гомельский спецкомбинат? Александр Попов. ? Кстати, я не знаю ни одного пред-принимателя, который занимался бы выпуском продукции, а у нас есть собственная произ-водственная база, мы производим 95% имеющихся у нас в наличии товаров.
К слову сказать, сотрудники моргов тоже вправе оказывать ритуальные услуги (но без права реализации товара). К сожалению, не все спокойно и в этом ?королевстве?. По фактам, выяв-ленным в ходе проверки, которая проводится сотрудником УБЭП УВД облисполкома Андре-ем Садовским, в настоящее время в Гомеле работает ведомственная комиссия республикан-ского уровня. В центре ее внимания ? областное клиническое патологоанатомическое бюро. Вскоре соответствующими органами будет дана правовая оценка действиям должностных лиц патологоанатомического бюро. Приоткрыв завесу тайны, могу лишь сказать, что, по предварительным данным, деньги за оказание ритуальных услуг уходили мимо кассы, оседая в карманах отдельных сотрудников.
Что касается частников, то следует помнить о том, что вид деятельности, о котором идет речь, лицензированию не подлежит, следовательно, им может заниматься любой желающий, зарегистрировавшийся как предприниматель. Так что не лишним будет вспомнить высказы-вание Жан Жака Руссо: ?Кто осторожней в своих обещаниях, тот точнее в их исполнении?. Помните об этом и не ведитесь на красивые речи.
Всеми нами движет понятие ?быть как все?. Вот и стыдно бывает, когда покойник в доме, спрашивать о каких-то договорах, предъявлять претензии к качеству предоставляемых услуг. Многие не хотят жаловаться на плохое обслуживание, мотивируя это тем, что поезд ушел, и не хочется доставлять кому-то лишние неприятности. Но в конце концов не бесплатно же вам эти услуги оказывались! И почему бы в открытую не заявлять о неудобствах, которые вы ис-пытали при их получении?
Вот что сообщил мне человек, работавший в этой сфере на частника. Выходя на клиента в числе первых, некоторые предприниматели завышают цены в 2-3 раза как на услуги, так и на предлагаемый товар, хотя по телефону обещают сделать все гораздо дешевле. Мой собесед-ник рассказал, что, покупая в магазине ритуальных принадлежностей гроб за 60 тысяч руб-лей, дельцы предлагают убитым от горя клиентам его же за 120 тысяч рублей. Вот так просто оказывается можно наживаться на чужом горе.
Конечно же, в этом бизнесе, как и везде, работает немало порядочных людей. Только столк-нувшись с похоронами, понимаешь, насколько нужна эта служба. От какого количества про-блем она освобождает в момент трагедии. Было бы глупо и наивно полагать, что оказываю-щий ритуальные услуги в состоянии сострадать каждому своему клиенту, ? на это при всем желании не хватит никаких душевных сил. ?Но и подходить к такому бизнесу как к простому ремеслу тоже нельзя. Соблюсти хотя бы минимальные приличия ? это уж святое?, ? сказал Вячеслав Щетинин, управделами администрации Советского района. Он возглавлял комис-сию, которая рассматривала заявление Леонида Сидоренко, и считает, что моральная сторона дела предпринимателем не соблюдена.

От автора
Когда мы хороним близких, все утешения сводятся к одному — жизнь продолжается. Несмотря ни на что. Это ли не повод лишний раз задуматься о вечных ценностях?
— Если есть Душа и она видела, что происходило в момент прощания с телом, — как теперь нам с этим жить?! — вопрос Леонида повисает в воздухе...
Обычно в спорных ситуациях моя профессия не позволяет принимать чью-то сторону — говорить за себя должны только факты. В данном случае все же отойду от этого пра-вила. Я безоговорочно поддерживаю Леонида Сидоренко, который вынес свою личную боль на всеобщее обсуждение. В аналогичной ситуации поступила бы точно так же. Сделать вид, что ничего не произошло, равносильно предательству. Леонид и вся его семья отстаивают отнюдь не права потребителей, а честь своего отца. Чтобы память о нем была светлой...

Наталья ПРИГОДИЧ